Сол замолчал, переводя дыхание, и прикоснулся к руке Сары.

– Извини, что я повторяю все это. Но кое-что мы с тобой все же сделали.

– Этого мало, – тихо отозвалась Сара. – А что, если мы поедем как паломники?

Сол понурился.

– Церковь Шрайка выбирает свои ритуальные жертвы из тысяч добровольцев. В Сети полно отчаявшихся глупцов, а возвращаются единицы.

– Ну вот, видишь, разве это не доказательство? – быстро прошептала Сара. – Кто-то или что-то охотится за ними.

– Бандиты, – ответил Сол.

Сара покачала головой.

– Голем.

– Ты хочешь сказать, Шрайк.

– Это голем, – повторила Сара. – Тот, которого мы видим в нашем сне.

– Я не вижу в своих снах никакого голема. – Сол встревожился. – А какой он?

– Помнишь те красные глаза? – ответила Сара. – Это тот самый голем, которого Рахиль слышала тогда ночью в Сфинксе.

– Откуда тебе известно, что она слышала?

– Мне это снилось, – сказала Сара. – Мне это снится каждый раз перед тем, как мы входим туда, где нас ждет голем.

– Значит, мы с тобой видим разные сны, – пробормотал Сол. – Почему ты не рассказала мне это раньше?

– Я думала, что схожу с ума, – прошептала Сара.

Сол вспомнил о своих тайных беседах с Богом и обнял жену.

– О, Сол, – Сара прижалась к нему еще крепче, – как больно видеть все это. И как здесь одиноко…

Сол молчал. Они несколько раз пытались побывать дома – домом для них навсегда остался Мир Барнарда: навестить родственников, друзей, но каждый раз долгожданную встречу губило нашествие репортеров и туристов. В этом не было ничьей вины. Через мегаинфосферу новости молниеносно распространялись по ста шестидесяти мирам Сети, а чтобы удовлетворить свое любопытство, достаточно было сунуть универсальную карточку в прорезь турникета на входе в терминал и шагнуть сквозь ворота портала. Они пробовали уезжать без предварительного уведомления и путешествовать инкогнито, но хитрить они не умели, и все их уловки ни к чему не приводили. Через двадцать четыре стандартных часа после их возвращения в Сеть репортеры были тут как тут. Научно-исследовательские институты и крупные медицинские центры охотно брали их под защиту своей службы безопасности, но тогда страдали друзья и родственники. Рахиль по-прежнему оставалась сенсацией.

– Может, мы могли бы снова пригласить Тету и Ричарда… – начала Сара.

– У меня есть предложение получше, – сказал Сол. – Поезжай-ка ты, мать, сама. Тебе хочется повидать сестру, увидеть, услышать, вдохнуть в себя запах дома… любоваться закатом там, где нет никаких игуан… побродить по полям. Поезжай.

– То есть как это – поезжай? Одна? Оставить Рахиль…