— Очень зря.

Это были первые два слова, что выдала Светлана за последний час.

А ведь в небольшой комнате (ее собственной!) произнесено за шестьдесят минут было очень много чего. В основном, главой клана.

— В этом нет моей вины, — ровно ответил Игорь Георгиевич.

На лице его не было эмоций. Вот еще, демонстрировать слабость перед какой-то, пусть и очень нужной клану, а все же соплюшкой, он не собирался. Однако значимости его словам вполне придавало время, что он затратил на монолог.

— Возможно, — кивнула аналитик, вот уже несколько месяцев отстраненный от любых семейных проектов (ущерб еще только предстоит подсчитать!).

Девушка тоже не разменивалась на демонстрацию чувств. Как и Павел, когда было нужно, она прекрасно умела держать масочку. Однако взгляд на замершего около входа отца она-таки бросила. Тот послал ей едва заметную невеселую улыбку.

— Ты нам поможешь? — поинтересовался Глава.

Тренированный слух Волконской на автоматически выделил едва слышные обертоны в голосе Председателя Правления.

— Вы уже пытались, — коротко констатировала она. — Кто?

— Виктор.

Светлана задумалась. Старшего брата, хоть они и не были слишком уж близки, Павел уважал. Так что выбор был неплох.

— Что пошло не так?

Игорь Георгиевич чуть резе чем надо втянул себя воздух и чуть медленнее чем обычно выдохнул.

— Он отказался разговаривать с Павлом.

Анатолий Георгиевич, при разговоре присутствовавший, только кивнул.

Удивительный отказ получился. Ничуть его старшему сыну не свойственный. Даже без объяснения причин. Он просто сослался на… секретность! Пришлось пробовать договариваться с дочерью…

Пару часов назад, в тот редкий случай, когда отец смог пообедать со своими детьми, Глава заявился прямо посреди трапезы с новостью о свадьбе своего племянника. Ожидаемую реакцию на такое событие показал только Сергей.

— Этот неудачник и на Юсуповой⁈ — распахнул он глаза. — Куда катится мир!

Младший сын отчего-то Павла невзлюбил с самого детства. Он ценил в людях лишь силу и полезность клану, а Паша не обладал ни тем, ни другим. Когда же молодой человек не получил достойного его положения поста, поток подколок превратился едва ли не в открытое презрение. Это стало настолько заметным, что при всем поощрении здоровой, а иногда и жесткой, конкуренции в клане, психологи были озадачены корректировкой поведения младшего отпрыска Анатолия Георгиевича.

— Сын, — осадил тогда Сергея отец.

— Что «сын»⁈ — неожиданно не выдержал тот. — Что вы все возитесь с этим неудачником⁈

На лице его промелькнула нешуточная… обида⁈ Привычный чуть надменный образ дал трещину лишь на миг. Но всем собравшимся этого хватило.