Кто знает, как бы сложилась их жизнь, если бы лет пятнадцать назад они не встретили Мойсеса. Вполне обычное валенсианское имя, как и его обладатель. Правда, они не знали его фамилию, хотя и были уверены, что он из дворян, но это не столь важно. Главное, что у него всегда имелась для них работа, а еще он мог себе позволить выплачивать кое-какое жалованье в перерывах между делом. Деньги, прямо сказать, невеликие, но они не жаловались. Скучать им приходилось редко, а во время веселья оплата была уже по другому тарифу.

Вчера Мойсес прислал весточку, что намерен с ними встретиться, поэтому сегодня они сидели за столиком более чем скромно — только обильный завтрак и по одной кружке пива, чтобы не давиться на сухую. Вполне может случиться и так, что сразу после появления их постоянного нанимателя, а по сути и соратника, придется седлать уже застоявшихся на конюшне лошадей.

— Легок на помине, — кивнул в сторону входной двери Нэйл.

— Вижу, — подтвердил Ралин, лениво цыкнув, чтобы извлечь застрявший между зубами кусочек мяса.

Тем временем высокий и крепкий мужчина, появившийся в дверях, направился прямиком в их сторону. Ничего удивительного. Он мог назначить им встречу в любом кабаке и так же легко найти. Тертые и умудренные жизнью наемники никогда не садились у входа, предпочитая располагаться в дальнем углу. Их занятие понуждало к осторожности. Те, кто пренебрегал последним, не задерживались в наемниках надолго, как и на грешной земле.

Мойсес одевался на обычный в этих краях манер. Шляпа, из-под широких полей которой угрюмо взирают глаза человека, знающего себе цену и готового любому доказать, что его лучше не задирать. Довольно свободная синяя рубашка, что в жару было никак не лишним. Широкие в бедрах и сужающиеся к голеням подшитые кожей штаны, так любимые теми, кто много времени проводил в седле. Сапоги со шпорами, голенища чуть ниже колен. Оружейный пояс с тускло блестящими латунью патронами и на бедрах по кобуре с револьвером. В руках «дятлич». Что с того, что весь его облик говорит о том, что он валенсианец, рустинский оружейник наладил производство отличного легкого карабина, так полюбившегося в этих местах. Сорок выстрелов в минуту, шестнадцать патронов в магазине, прицельная дальность триста шагов. В умелых руках весьма серьезный аргумент. Есть и недостатки, куда же без них, но самый главный — это все же дороговизна.

— Привет, парни. — Не дожидаясь приглашения, Мойсес опустился на свободный стул.

— И тебе не хворать. Есть дельце? — с показным безразличием поинтересовался Ралин.