Около большого дерева стоял маленький горбатый человечек, скорее походивший на уродливого зверька. Воробьёва с лёгкостью могла разглядеть множество мелких зубов и когтей этого странного существа, так как их он не собирался ни от кого прятать, они были видны всем, кто желал на них посмотреть. А желающих, собственно, было немного. Помимо Полины, существо видел только Арсений Шестаков. Парень стоял напротив одетого в нормальную городскую одежду горбатого человечка. На Арсении по-прежнему были его чёрно-белые кеды и зелёная рубашка в клеточку.
Вытянув шею из-за угла, Полина постаралась разглядеть то, что находилось между Шестаковым и его зверьком. А там на земле лежала небольшая картина, на которой был изображён не очень понятный пейзаж.
Как ни странно, но всё время, пока девушка рассматривала картину, находившиеся за углом Арсений и сгорбившийся человечек молчали, так как первый, уткнувшись в свой мобильник, что-то кому-то писал. Когда же, наконец, парень убрал телефон в карман своих брюк, он воскликнул:
- Осторожнее!
И носком своей обуви он убрал маленькие когтистые пальчики своего друга с чуть шероховатой поверхности картины. Зверёк прошипел в ответ и сразу же сунул руки за спину. Затем шагнул в сторону.
- Лезь первый! – указав на холст, скомандовал Арсений. – Не хватало ещё, чтобы ты опять попал в какую-нибудь передрягу!
Не произнеся ни слова, горбатый зверёк смело наступил на картину, и, сжав что-то в кулачке, словно по волшебству, куда-то исчез.
Полина ахнула. Побоявшись, что Шестаков, всё ещё находившийся около большого дерева, услышит её, она спряталась за угол, крепко прижавшись к белой стене здания. Девушка перевела дыхание, а потом в её голову примчался образ Шерлока Холмса, знаменитого сыщика, расследовавшего всякие непонятные происшествия. Сейчас Воробьёва почувствовала себя именно им, и казалось, она стоит на гране раскрытия очень важного дела, а может даже и преступления.
Прошло пару секунд, и Полина вновь выглянула из-под угла. Около большого дерева никого уже не было. Солнечный блик сверкнул на поверхности картины, продолжавшей лежать на траве. Ни о чём не думая, Воробьёва выскочила из-под здания и тут же с разбегу прыгнула обеими ногами прямо на холст с пейзажем, крепко сжав веки.
Около большого дерева теперь совсем никого не было, да и ничего тоже. Картина вместе с блондинкой словно испарились в воздухе.
Один миг… и Полина открыла глаза. Вокруг уже не было ни школьных зданий, ни травы, ни деревьев. Девушка очутилась в просторном коридоре какого-то дома. Большие окна с тяжёлыми занавесами, длинный серый ковер и бледно-зелёные стены со старыми картинами одного размера, вот что сейчас окружало Воробьёву.