— Шут, — повторил я, — ты мешаешь мне работать. Если не дашь мне мегафон и не свалишь со стены, то я напишу кому надо.
И я демонстративно поднял руку с браслетом, шут зашипел как вампир на крест и протянул мне по сути ненужный инструмент.
— Держи, не обижайся так сразу. Выпотроши мутанта на все очки.
Фёдор икнул, шут спустился по ступенькам, а я проделав пару манипуляций с браслетом заговорил с толпой.
— Вы хотите увидеть его смерть?
— Да!!!
— Хотите много опыта?
— Да!!!
— Хотите уникальное достижение?
— Да!!!
— Чья банда круче всех?
Они задорно орали, а я смотрел на скудоумные рожи. Где я? Что со мной? Почему я здесь и задаю эти риторические вопросы?
— Тогда выслушайте меня!
Я вытащил свиток под прицелами сотен глаз, как на родительском собрании. Печать как затвердевший круг старого шоколада скрепляла странички. Хруст прозвучал в тишине как… хруст… но очень громкий. Толпа затихла удивлённо. Я посмотрел на кусок печати в руке и сунул огрызок в рот. Ожидал чего-то химически-противного, кислого или наоборот ультра-сладкого, но будто откусил кусок пластилина из детского уголка. Тот превратился в мерзкую жижу и полез наружу рвотными позывами, но не тут то было. Я добросовестно проглотил всю гадость и улыбнулся. Толпа отшатнулась от сцены вместе с танком.
— Сейчас я прочту вам очень важное сообщение! — эти слова я произносил уже без помощи мегафона. Печать сработала, мой голос гремел, но не рвал перепонки как на митинге, он просто звучал везде, все слышали что я говорю, судя по рожам. В любом уголке площади и даже «мой шофёр» Пассат злился и показывал пальцем на свой БК. Тоже слушает. Я развернул свиток и уставился на текст.
Кто-то долбился в БК с силой бешеного слона, но я уже сделал с браслетом всё что нужно.
7.
В свитке красовалось одно слово. Одно, но зато какое. Я повертел свиток и так и этак, но больше ничего не увидел. Одно слово и восклицательные знаки.
Где-то внизу под сценой, в бурлящей взглядами толпе мелькнули злые глаза шута. За спинами игроков показывал на свой браслет Пассат и бил кулаком по крыше автомобиля. Кажется он тоже не в настроении.
Я держал свиток перед собой как зеркальце и любовался толпой, которая приходила сюда убивать. Начали с условного противника — живого мертвеца, закусили конкурентами, собрались в стаи и продолжили убивать друг друга в жажде пары циферок опыта. Люди, такие люди. Человечество не изменится. Они будут убивать друг друга если не за золотые слитки, так за циферки опыта или за бутылки с водой. Разница только в призах. А я ведь тоже человек.