Спрыгнув с дерева, подхватил одно из орудий и двинулся в сторону неутихающего боя. Интенсивность стрельбы только усиливалась, похоже на моего напарника вышла основная группа сидельцев.

— Бандерлоги! — активировал я каменную кожу. Теперь есть шанс, что даже болты, рассчитанные на элитника, не причинят мне существенного вреда. Но всё равно не стоит лезть на рожон.

Сориентировавшись по звукам, я двинулся в обход, продираясь сквозь довольно густой кустарник. При этом меня не покидало ощущение, что сидельцы палят из своих стволов в белый свет, как в копеечку. Уж больно заполошной была стрельба, причём с двух мест одновременно. А, нет, уже с одного места. Похоже Сан не только жив, но и успешно справляется с элитниками. Впрочем, я видел, на что способен его чудо-топор, что для за гранью реального.

Приблизившись метров на сто к месту, откуда раздавались звуки выстрела, я отложил в сторону тяжелое орудие и рюкзак, и взялся за винтовку. Затем, приняв лежачее положение, двинулся вперёд, по пластунски. Увы, не успел проползти и двух десятков метров, как стрельба прекратилась. Замер в выжидании дальнейшего развития событий, шёпотом обратившись к искину:

— Тая, слышишь что-нибудь постороннее?

— Слишком много шумов, Кэп, не могу сориентироваться. Кто-то стонет, звуки шагов краснокожего некоши. Стон оборвался.

— Твою же мать, он добивает раненых! — выругался я, и крикнул: — Сан, оставь хоть одного живым!

— Они сбежали, Аудрэй! — отозвался охотник. Судя по голосу, он находился в сотне метров от меня, впереди и справа. — Опасности больше нет!

— Ты как, не ранен? — я не спешил подниматься, наоборот — начал отползать назад, к орудию.

— К вечеру заживёт! — отозвался охотник, и я наконец-то увидел его. Он шёл ко мне, опираясь на топор, а его левое плечо было туго перемотано какой-то серой тряпкой, обильно пропитанной кровью. Вот черт, и правда ранен, а я уж думал, что красные некоши вообще неуязвимы. Увидев меня, абориген запереживал: — Ты чего лежишь, тоже ранен?

— Нет, просто решил отдохнуть. — огрызнулся я, поднимаясь с оранжевой травы. — Пленные есть?

— Нет, все мертвы. — ответил охотник. — Аудрэй, что будем делать дальше? Я ранен, и не смогу нести старшего. Придётся оставить или его, или оружие врага.

— Давай обыщем тела, а потом уже будем решать, как поступим. — произнёс я, поднимая тяжёлое орудие на плечо. — Покажешь, где лежат тела?

С пяти убитых сидельцев я снял восемь магазинов с болтами на элитника, десяток простых, и дюжину красных ампул, рассованных прямо в поясные крепления одного из заключенных. Забрал и мясо красного мутанта — килограмм десять.