— Да сядь ты уже, — усадил я её на стул. — Что там с Томом?

— Ну… После начала вторжения дела у него пошли хуже. До этого они устроили многочисленные митинги по всем центральным провинциям, реформы здорово помогли им поднять головы. Конечно, их и разгоняли, и травили… И стычки происходили с жертвами с обеих сторон. Но пока было всё относительно мирно. Он явно тянул с тем, чтобы возглавить народное восстание. Хотел получше подготовиться, да и волны протеста только усиливались… До вторжения кочевников. Теперь протесты требуют защитить эти земли от дикарей с Вокки.

— У имперских посланников требуют?

— Ага… Риторика толпы резко изменилась… Повсюду идёт мобилизация, комендантский час. Люди понемногу расходятся и перестают выходить на митинги за свои права.

— М-да уж… Как быстро всё меняется… И двух недель не прошло.

— Так мы едем?

— Что значит «мы»?

— Ну кто-то же должен сделать тебе завтрак перед тем, как ты их на место поставишь?

— Для тебя это шутка?

— И обед…

— Аня, речь идёт о жизни и смерти! Невероятно опасных врагах…

— Ужин и полдник тоже с меня.

— Да даже второй завтрак если ты мне предложишь, это не поменяет того, что всё это слишком опасно и я не собираюсь подвергать твою жизнь этому ненужному риску.

— Особый десерт от меня… — заговорщицки произнесла девушка и захлопала глазками.

— Какой ещё десерт?

— Я научилась печь гуассаны и меренговый рулет! Ну и ещё кое-что могу предложить продегустировать. Прямо сейчас.

— Ты с собой принесла что-то?

— Ага…

— Ну, можно и покушать…

Я сел за стол и внимательно посмотрел на девушку. Анна подошла к двери и зачем-то закрыла её, после чего вернулась к брошенному рюкзачку и принялась в нём копошиться.

Интересно, что там? Печеньки? Может быть, тортик? Или пирожки…

— Главный десерт — это я! — заявила девушка и достала два комплекта полупрозрачного нижнего белья.

— А тортик? — расстроился я.

— Тебе лишь бы поесть… Я как чувствовала, когда брала с собой обед. Блинчики с кленовым сиропом устроят?

— Да!

— Тогда снимай штаны.

На что только не пойдёшь ради блинчиков…

— Племяш! Ну, хорош! Сколько можно ждать? Я знаю, что ты там! Сколько можно внуков строгать? — не выдержал Джордано Ливио и затарабанил по двери. — Два часа уже торчу тут…

Я открыл дверь и сделал вид, что не понимаю, о чём он говорит.

— Какие внуки?

— Ой, да ладно тебе. Будто я совсем уже старый, из ума выжил и не понимаю, чем могут заниматься молодые в запертом кабинете…

Прославленный архитектор прошёл внутрь и нахмурился.

— Идеальный порядок, свежий воздух, Анны нигде нет…

— Я медитировал, вообще-то. А свои грязные штучки оставь при себе…