Она была живым олицетворением гармонии и красоты, изящности и стремления к совершенству.

— Божественная Луна. Рад вас видеть, — слегка улыбнулся я.

— Так рад, что решил сбежать, как только я одним глазком посмотрела на тебя? — мягко улыбнулась она.

— Не более чем совпадение. Меня и впрямь ждёт малый мир.

— В отличие от многих, я весьма искусна в магических потоках и могу с уверенностью сказать, что ты не получал ни одного сообщения. — Красавица подошла и, мягко отодвинув кресло, села рядом со мной. — Так в чём же дело?

— Послание шло не по внешнему каналу, а по внутреннему. Предупреждение об опасности. Потому оно и оказалось вне поля вашего зрения. И я действительно с радостью вернусь и пообщаюсь с вами обеими столько, сколько потребуется для согласования будущих военных действий.

— Твоя уверенность столь же велика, как и непроницаемость. Не могу понять: врёшь ты мне или нет. Но могу точно сказать, что я обладаю завидной для мужчин женской интуицией, и она подсказывает мне, что дело не в твоём родном мире. Так чего же ты решил сбежать? Боишься, что тебя отравят? Почувствовал во мне угрозу? Или, быть может, слишком впечатлился красотой мастера секты и боишься не сдержаться? Хочешь её? Призна-айся…

Я от таких слов сильно удивился и, вздохнув, признался:

— Не хочу. Госпожа Майла в моих глазах видится прекрасной, экзотической красавицей. Но, во-первых, я бы предпочёл ночь с той, по ком скучаю. Во-вторых, есть здесь богиня, куда как сильнее притягивающая взгляд.

— Ха! Нахально… — начала было Луна, но я её остановил, подняв палец.

— А в-третьих, я просто устал и хочу спать. У каждого из нас свои причуды. Моя заключается в том, что для меня сон — это святое.

— Так в чём проблема? Стесняешься, после того что ты сделал в Чёрной Топи, попросить кровать? — ухмыльнулась богиня.

— Проблема в том, кто обычно просыпается во мне, когда я засыпаю… В прошлый раз это привело к смерти патриарха Темнейшего и краже его личного замка Чёрной воды. Или как он там называется… Мрачноватое местечко, но ничего. Мои люди уже начали обустраивать его и менять фасад на что-то более светлое.

От такого признания Луна подняла высоко брови и открыла рот. Вероятно, хотела что-то сказать, но нужные слова так и не подобрала.

— В общем, у вас классно, но, когда я сплю, не отдаю отчёта в своих действиях. Не хотите, чтобы и у вас пропал этот величественный дворец, — давайте жать руки, чмокаться в щёчку, пить на брудершафт и всё такое, но побыстрее. По мне не видно, но меня с каждой минутой накрывает всё больше и больше… Усну тут — пеняйте на себя. Я не виноват!