Если Марк тут же не бросился отбирать, не значит, что ничего не видел и не знал. Мамочка и единственная дочь сейчас были на стороне Яна, даже подогнали ему компромат на Адлерберга, ну не замечательно ли?
Правда следить через линзы Яна всё время было попросту скучно. Но ему и его друзьям, спасибо даже можно сказать, номера ID матери и Регины кто-то перебил, и Марк правда не знал, где они находились всё это время. А тут нашлись, живы и здоровы. Впрочем, пару раз Марк думал, что они могли быть мертвы.
Он бы мог явиться в «Приют», только ненадолго. Физических сил было слишком мало, приходилось постоянно подключать себя к аппаратам, править тело, проводить процедуры. Новое тело никак не выходило таким, как нужно, работать над ним приходилось долго.
Заменить Яна он ведь ещё успеет. Но всё это навевало скуку и зевоту. Быстро взломав пару официальных баз, он отправил письмо с разрешением на посещение Сети Алисе Вороновой. Проверять обычный куратор точно не станет. Вот такой небольшой подарочек.
«Я знаю, что у тебя теперь есть связь. Приходи на сервер N95QwG сегодня вечером, в девять. Пароль 175kkjR. Четвёртый».
О, Ян отключил синхронизацию с линзами. Забавно. Ну хоть какое-то разнообразие в этой скучной игре. Значит, теперь найти мать и дочку будет чуть сложнее, но зато интереснее. Только нужно пробить ниточки к старым ID и Инфорсам. Хотя, сейчас это не так уж и срочно.
Марк улыбнулся. Придёт фокси или нет?
Пришла. Алиса выглядела помятой и осунувшейся. Фокси теряла своё очарование и Марка это очень расстраивало. Вот почему эта девчонка такая упёртая? Нет бы согласиться на то, чтобы он просто избавил её от работы также, как сейчас подарил доступ в Сеть.
— Привет, милая, — он уселся на песок рядом с ней.
Алиса любила вечерний пляж и океан, он специально ведь для неё подготовил именно такую локацию.
— Привет, — она даже не повернулась.
Не возмущается, ничего не спрашивает. Неужели любимая игрушка сломалась?
— Твоих родных убили из-за Яна Бланка, — он решил зайти с раздражителя.
— Ты сразу это сказал. А кто? — Алиса всё также смотрела перед собой и не поворачивалась к нему.
— Люди Григория Адлерберга, — сказал Марк первое, что пришло в голову.
— Понятно.
Она сидела достаточно близко и неожиданно положила голову ему на плечо. Больше не боится? Не злится и не рвёт на себе волосы? Марк поморщился. Ему не очень нравятся безвольные куклы.
— Ты не злишься?
— А что я могу сделать, а, Марк? — она подняла на него взгляд. — Что? Ты и Бланк разрушили мою жизнь. Я больше ничего не хочу. Даже тебя я ни разу не видела вживую.