— Долгая это история, дарг, — наконец мрачно изрёк он. — И печальная. Я бы может и вернулся, только вот не могу. Казнят.

Чего это Арина сейчас так встрепенулась? На локте приподнялась и на нашего нового знакомого с интересом уставилась.

— Не все горизонты обещают веселье, человек, — заскрипел Гамлет. — Но это не отменяет их ценности.

— Ого, — оглянулся тот на падавана. — Кобольд-философ. Обычно они пожрать просят или работы. А тут, будто на пьянку студентов философского факультета угодил.

— Истина часто скрывается за причудливой ширмой, — снова заскрежетал Гамлет. — Отдёрнуть её может каждый. Но для этого нужно знать о её существовании.

Искреннее удивление — вот, что отражалось на лице мужчины. Он сейчас на кобольда с таким видом смотрел, как будто узрел чудо света.

— Ла-а-адно, — наконец протянул он и скользнув взглядом по Арине, которая так на него и смотрела, снова повернулся ко мне. — А дампиры тут откуда? Наш главный давить не стал, нахрен ему оно надо. Но вообще, это ж ни в какие ворота. Запрещены эти твари у нас.

Хм. И вот, что ему сказать? Правду? Она как бы и так очевидна. Для любого, кто проверит самолёт и проведёт анализ. Но как мне кажется, охотников туда не допустят. Скорее уж делом займётся персидский аналог Тайного Приказа. А лишние слухи мне ни к чему.

— Долгая история, — отзеркалил я его собственную фразу. — И не слишком впечатляющая.

Тот понимающе усмехнулся. Повёл головой, оглядывая окрестности.

— Имя-то у тебя есть, гусар? — в этот раз вопрос озвучил Кудза, который сейчас сидел на ящике, рядом со своим пулемётом. — Как нам тя звать, япь?

Занятно, но при слове «гусар» у того аж глаз дёрнулся. Реально что-ли служил там? Такие войска ещё существуют вообще? Тут вон, в доспехах все расхаживают, да на броне катаются. Какие нахрен гусары?

— Семён, — коротко озвучил тот, чуть повернув голову. — Так и зовите.

Как-то сухо у него голос зазвучал. И малость печально. Вот теперь, мне стало интересно. Как бы так осторожно спросить?

Один из четверых охотников, которые сейчас застыли по углам тента, стараясь держать всех в поле зрения, вдруг опустился на одно колено. Ловко вытащив из под балахона что-то вроде тонкого столбика, воткнул в песок. Присмотрелся к мерцающим индикаторам. Провёл по нему пальцами.

— Брэ д-пальхана мехихэ, — озвучил он, выпрямляясь. — Карвин!

Не нравится мне как-то это. Он же сейчас не скажет, что к нам тот самый песчаный червь прёт?

— Механики, — презрительно скривив губы, Семён выдохнул, оглядывая барханы. — Похоже засекли нас. И целенаправленно хреначат сюда.