разбросать вещи по всей квартире. Конечно, с появлением Матвея я перестала быть такой, потому что как оказалось, детские вещи стоят еще дороже взрослых, а найти маленькие носочки в огромной квартире не так-то легко, если не складывать их на место. Так что пришлось переучиваться и после этого наша жизнь стала проще. Мы с Аминой изменились. Повзрослели, стали ответственней и практически перестали ссориться. Добравшись домой, я так сильно увлекаюсь домашними заботами, что забываю обо всем. И о том, как меня окатило водой из лужи, и о том, что в таком виде меня лицезрел бывший муж. И о том, что мы с ним вообще встретились, хоть и не должны были. Все это вылетает из головы. И я не вспоминаю об этом, пока в квартиру не залетает Матвей. Он, широко разведя руки и с криком «мама!», летит ко мне на всех парах. Обнимает за ноги, утыкается лбом мне в колени, а потом, задрав голову кверху, радостно щебечет: – Пливет, мамуля. Осуждающе смотрю на стоящую в двери кухни Амину. Это она научила Матвея этому. Постоянно повторяла эти слова, когда они возвращались из детского сада. Вторила и вторила, а он взял и запомнил. Теперь постоянно говорит. – Привет, мой хороший. У нас сегодня суп. И пюре с котлетами. Давайте дуйте мыть руки и за стол. – Как собеседование? – спрашивает Амина, снимая пуховик. Отчего-то тушуюсь, не зная, как ей рассказать. Закусываю губу и лихорадочно соображаю, как преподнести эту новость так, чтобы не шокировать. Рассыпаю суп по тарелкам, чтобы чем-то себя занять, накладываю пюре. – Что такое, Дари? – настаивает подруга, останавливаясь рядом и помогая с тарелками. – Не взяли? Ну, ничего, прорвемся. – Там… другое. Кладу тарелки на стол и утаскиваю Амину в гостиную. – Компания, в которую я ходила устраиваться на работу, принадлежит Рустаму. Несколько мгновений она смотрит на меня растерянно, будто пытается сложить дважды два, а затем, шокировано распахнув глаза, охает. – Довлатову? – Ему. – Он тебя видел? – Видел. Лично собеседовал. Ужас, написанный на ее лице, мне категорически не нравится. Уже столько лет прошло, все давно забылось. Разве что обида у Рустама на меня осталась, но вряд ли он будет мстить. Отомстил