– Какая-то совершенно глупая ситуация, – жалуется Алиса, потирая виски пальцами и глядя куда угодно, только не на меня. – Жизнь меня к такому не подготовила. Я нахожу адвоката. Точнее, моя дочь находит адвоката. И мы, две нахалки, садимся ему на шею. Вот как это называется, а?
Она поднимает на меня свои бездонные глаза. Я отпиваю чай, медля с ответом.
Больше всего на свете мне хочется оставить этих девчонок здесь. И меньше всего хотелось бы, чтобы они испытывали смущение.
В итоге выдаю серьёзным тоном:
– У меня крепкая шея.
Алиса изумлённо распахивает глаза.
– Что?
– Ну... Можешь спокойно залезть и свесить ноги. Всё нормально, я вывезу, – осознанно перехожу на «ты», стремясь сузить расстояние между нами.
Алиса вновь забавно морщит носик, фыркая. Потом заливисто хохочет и тут же прижимает ладошку ко рту. В её глазах теперь нет грусти или смущения. Там радость. Настоящая, искренняя.
Я решительно продолжаю, закрепляя результат:
– Завтра можно съездить в отель и забрать ваши вещи. Если что-то ещё понадобится – купим. Яся ходит в садик?
– Сейчас не ходит. Вся группа на больничных.
– А ты... занимаешься танцами?
Мой голос непроизвольно садится до хриплого шёпота, когда я вспоминаю её «обнажённый» образ.
Алиса кивает, потом качает головой.
– Это не совсем танец. Это что-то типа спектакля.
Вспоминаю табличку на соседнем с нашим бюро здании – «Иммерсивные танцы».
– Как часто репетиции?
– Каждый день с понедельника по пятницу. Мы готовимся к большой премьере, – вскидывает подбородок.
Но не горделиво, нет. А так, словно привыкла отстаивать важность своего увлечения.
Ммм... Меня тянет к этой девушке всё сильнее. Какое-то колдовство, ей богу.
– Я бы посмотрел эту премьеру.
– А я Вас приглашу.
Она снова выкает мне, и я говорю настойчивым тоном, продавливая:
– Тебя приглашу.
– Тебя, – согласно шепчет она.
Допиваем чай. На часах уже полночь, и мой жёсткий график летит к чёрту.
– Можно задать вопрос, Карим? – снова робко говорит Алиса.
– Можно и без «можно». Просто задавай.
– Почему ты помогаешь? Не с адвокатскими услугами, тут всё понятно. Я про... жильё, – обводит глазами кухню.
Это, вообще-то, чертовски хороший вопрос. Правдивый ответ, скорее всего, заставит её сбежать прямо сейчас.
«Я с ума по тебе схожу», – прозвучало бы пугающе. Поэтому придумываю на ходу довольно нелепую историю.
– Дело в моей матери. Она всю жизнь мною недовольна. Считает, что я не преуспел там, где взяли кубок мои братья.
Алиса слушает внимательно, немного нахмурив брови.
– Оба мои брата – хоккеисты. И я уже не успею стать бомбардиром, сама понимаешь. К тому же мама пилит меня из-за отсутствия семьи.