Волновало ли его то, как он поступил с бедной девушкой? Ничуть. Джон рос атмосфере насилия, где был прав тот, кто сильнее. Женщины, вернее девушки и девочки в его компании находились на последних местах, в самом низу крохотного социума мелкой банды. Правда, сам Джон тоже не блистал. Ни особой храбрости, ни силы, ни уверенности, ни ума. Зато отличался импульсивностью и злостью, когда требовалось наказать кого-то слабого. Внезапно став избранным среди сотен заразившихся, он ощутил себя сверхчеловеком. И как же больно оказалось падать вновь вниз, на последнюю ступеньку, сравнявшись с безумной Маргарет. Да что там! Ниже, намного ниже. Проклятый Горыныч, вылезший из ниоткуда, чётко это показал, забрав у парня оружие и заставив забрать часть вещей у тупой девчонки. А само оружие отдал ей же. Ещё и инвалид влез, про которого в городе жуткие слухи ходили. Его парень испугался больше неизвестного стрелка, который рассказал про страшное место, куда их закинул то ли Бог, то ли сам дьявол.

— Ненавижу! Тварь. Все вы там твари! — вслух произнес он и заскрежетал зубами, переживая вчерашний позор. Но потом вспомнил, как забрал жизнь Маргарет, как почувствовал власть над ней и стал успокаиваться. — И вас всех тоже убью. Только позже, а пока живите.

Его недавние товарищи покинули убежище около девяти часов утра. Он с радостью увидел, что груз на их плечах ничуть не увеличился. А это значит, что многое они бросили на стоянке.

«Может, даже и оружие с патронами оставили», — помечтал про себя убийца.

Но когда он добрался до места, то разочарованию и злости не было границ. Его глазам предстали осколки бутылок из-под растительного масла, пятна муки на камнях, крупинки круп там же, разрубленные жестяные банки с консервированным мясом, смешанные с землёй и мелкими камешками. Те вещи, что отряд Горыныча бросил вместе с провизией, также оказались испорчены маслом и содержимым консервов. Их не оттереть. А днём на жаре они под солнечными лучами протухнут.

— Твари! Ненавижу! Чтоб все вы сдохли! — ярился парень. Он уже считал всё оставленное своим . И увидев, что продукты и вещи испорчены, буквально посчитал всё происками воров и врагов. — Сдохните, сдохните! А-а-а! Убью!

Во время одного из метаний и пинания мелких камней вдруг совсем рядом раздался громкий выстрел. В паре метрах от Джона взметнулся фонтанчик земли, а где-то поблизости от его тела просвистела пуля.

Злость тут же пропала, ей на смену пришёл страх.

«Ловушка! — эта мысль заняло всё место в его разуме. — Горыныч или Браун вернулись назад, чтобы меня поймать!».