Ситуацию спасла моя спутница, разбирающаяся в местных реалиях в разы лучше меня. Она исчезла на минуту из комнаты и вернулась с небольшой металлической, кажется сделанной из серебра, рюмкой на тонкой ножке. Налила в неё живчика и предложила спасённой. И та без негодования приняла её, после чего двумя глотками опустошила.

— Присядьте, миссис Дахсен, — Мур подхватила женщину под руку и повела к деревянному стулу со спинкой, стоящему у стены в пяти шагах от них. Помогла сесть и после сказала. — Сейчас вам станет легче.

Живчик сработал так, как и полагается. Буквально несколько минут прошло, когда женщина перестала напоминать покойника. Лицо порозовело, часть теней под глазами ушли, сами глаза уже сверкали живым блеском и не казались запавшими, речь оживилась.

Почувствовав себя выздоровевшей, миссис Дахсен вскочила со стула и рванула наверх, не забыв прихватить библию. Как выяснилось — к ребенку. Убедившись, что с тем всё в порядке и он крепко спит, она обратилась ко мне:

— Мистер Горыныч, помогите моей дочери. Возможно, это лекарство придаст сил её телу. А о душе позабочусь я.

Я открыл было рот, чтобы пояснить ситуацию, но наткнувшись на её взгляд понял, что мои слова тут бессмысленны. Конкретно этой дамочке сейчас будет тяжело доступно объяснить про перенос в иной мир.

— Хорошо, — кивнул я. — Но сначала к ней зайду я. Возможно, придётся использовать силу, чтобы её связать. Потом позову вас.

— Только будьте с ней аккуратны. Моя дочка очень хрупкая и нежная, вы можете причинить ей вред. И очень вас прошу не бейте её по лицу. Синяки совсем не украшают юных девиц, — попросила она.

— Обещаю, что приложу все усилия, чтобы с неё волос не упал, — с самым серьёзным лицом заверил я её.

Дверь в комнату, где должна была сидеть взаперти свежеобращённая заражённая, была припёрта метлой на толстом деревянном черенке. Верхний конец упирался в горизонтальную доску в середине двери, а рабочая часть — низ метлы — фиксировался в большей щели между половыми досками.

С минуту я прислушивался к звукам в комнате, но ничего не услышал. Тварь или притаилась, или удрала через окно.

Ударом ног я выбил метлу, левой рукой дёрнул на себя дверь, а правой вытянул впереди себя «клюв». Тупой монстр обязательно вцепиться в оружие. Так собаки хватают за любую ближайшую к себе часть тела жертвы.

Но все приготовления и планы оказались лишними. Внутри не оказалось никого, кто мог бы оказать мне сопротивление. На полу лежали два тела. Мужское в луже крови с разорванной шеей, искусанным лицом и ладонями. И женское, всё измазанное в крови, но не своей, а чужой. Тут даже пульс не нужно щупать — оба окончательно мертвы. Мужчина истёк кровью или умер от шока. Или от того и другого. А женщина от удара головой о край деревянного сундучка.