— Сказали, что моментально, — прошептала я, глядя на свои руки и переходя на хрип. — Как будто машина вылетела с дороги. Они даже не поняли, что происходит.
Бабушка кивнула.
— Это хорошо. Милосердно. — Она отвернулась к окну ненадолго. — Тебе надо отсечь эту боль, Есения. Время — единственный лекарь. Не зацикливайся на эмоциях, иначе они сожрут тебя. Александровы — наш с тобой единственный шанс на нормальное существование. Ты должна быть благодарна им. Возможно, ты пока не осознаешь этого в силу возраста, но совсем скоро убедишься в этом.
Она не понимала меня, потому что была поглощена своим страхом. А я, в свою очередь, не понимала ее. Вернувшись в свою комнату, я заперлась и достала старенький смартфон, который сиротливо лежал в чемодане до приезда сюда. Мне срочно нужно было услышать голос родного человека из прошлой жизни. Зарядив его, я первым делом позвонила Полине, моей близкой школьной подруге. Она ответила почти сразу.
— Поль, привет. — Звонко произнесла я, как будто мы не расставались.
— Сеня! Как я волновалась! Куда ты пропала? Как ты? Я столько тебе писала, звонила, но ты была недоступна. В школе сказали, что...
— Подожди пожалуйста, не так быстро, — произнесла я предательски шмыгающим носом. Я ведь обещала себе быть сильной!
— Ты правда ушла из школы? Сказали, что тебя забрала какая-то бабушка. Я даже не знала, что она у тебя есть?! — Ее голос был так взволнован.
— Да, так и есть, родители... Они... — Так не хотелось произносить это вслух.
— Значит это правда?.. Не могу в это поверить. Где ты сейчас живешь? — Я не выдержала и расплакалась, услышав слова искреннего сочувствия, которого мне так не хватало. Мы обе молча рыдали в трубку. Я слышала шуршание и чувствовала, что Полина обнимала телефон крепко, так же как и я.
И понимание того, что на земле есть еще хотя бы один человек, который был и остается близким, заставило ненадолго заглушить боль от одиночества, давившего на мои плечи последние дни. Вдоволь наплакавшись, я рассказала ей все, что случилось со мной после нашей последней встречи. Разговор плавно перетек на будние вопросы, так не хотелось отрываться от нее, возвращаться в нынешнюю реальность. Я как будто до сих пор была в родном городе, обсуждала с подругой мелкие проблемы. Моя милая Поля пыталась отвлечь меня разговорами о школе:
— Я тут с ума схожу от химии, ненавижу эти формулы! Слава богу, осталось несколько дней до каникул...
— Поля, ты не представляешь, как бы я хотела вернуться в нашу школу и учить вместе с тобой эти ужасные формулы...— Мой голос охрип после плача и дрожал, а Поля не перебивала, как будто давала возможность выговориться. — Тут всё как в кино, только в очень плохом. Они хотят сделать из меня «полезного члена общества». Говорят, что буду учиться латыни и верховой езде… Бабуля еще говорит, что одежду будет перебирать. Я чувствую себя куклой, которую наряжают для выставки. Это место… оно давит на меня. Я тут совсем одна...