Я провёл ножом вдоль линии плетения, не касаясь огня. Лезвие звенело от сопротивления. Колдовской узел прятался сбоку, в камне, где линии сходились в маленький выжженный знак. Достав пригоршню соли, бросил её на камень у сердца плетения. Она легла ровно, но тут же почернела.
- Арина, не подходи, - сказал я. – Если тебя зацепит, ты сильно пострадаешь.
Она кивнула, но я увидел, как её пальцы шевельнулись. Она уже искала, чем помочь. Я сделал глубокий вдох, собираясь с силами, потом резко выдохнул и ударил ножом в узел.
Лезвие звякнуло о камень, погружаясь в энергетическое плетение. Я почувствовал, как сеть сопротивляется. На секунду чёрный огонь взметнулся выше, и появился отвратительный запах жжёной плоти. Потом плетение дрогнуло и треснуло. Линии распались, расплываясь безобразной мутной кляксой по камню.
Рарог взвыл. Яркое золото вспыхнуло и ударило вверх, но колдовство не отпустило до конца. Чёрный огонь ещё держал его, словно липкая смола. Птица пыталась взлететь, но крылья отяжелели.
- Сейчас, - прошептала Арина.
Она шагнула к краю пламени и подняла руки. Я хотел остановить, но понял, что она не лезет в сеть. Девушка чертила в воздухе руны. Пальцы её двигались плавно, словно она перебирала невидимые тонкие нити.
- Огонь, - выдохнула она так тихо, что это слово больше почувствовалось, чем прозвучало. – Поток, мощность.
И тут Арина произнесла странные звуки, похожие на мантры. Она пропевала их протяжно по несколько раз каждый, и в этот момент определённый знак, начертанный в воздухе, вспыхивал ярче.
Первый знак наполнил Рарога силой. Яркий огонь взметнулся столбом ввысь, на мгновение ослепляя. Второй знак дал ему направление. Третий знак вернул ему полную свободу.
Чёрный огонь зашипел и попятился. Рарог рванулся. Крылья ударили один раз, второй. Он разрезал черноту, словно податливую, тонкую ткань. Птица вылетела из огня, поднялась над ложбиной и зависла в воздухе, расправив искристые крылья.
Свет от неё упал на камни, и камни на секунду стали золотыми. Рарог сделал круг над нами и сел на выступ скалы. Он дышал быстро. В его перьях ещё виднелись остатки чёрной сажи, но она уже осыпалась вниз.
- Охотник, - проклёкотал он. – Благодарю тебя.
- Ты видел колдуна, свершившего это с тобой?
Сокол кивнул.
- Ты… видел… чашу? - спросила Арина.
Рарог повернул к ней голову, и перья на его затылке чуть поднялись.
- Я видел кость, из которой он пьёт. Я видел, как он нёс её в заговорённом мешке, и воздух вокруг неё становился пустым. Я видел, как в ней плескалась чужая кровь.
Я сжал пальцы в кулаки и резко втянул воздух, желая придушить Кудеяра собственными руками.