Поняв это, отставшие от драйверши жёны прекратили погоню кардинально. Применив Бумеранг, Копьё и Иглы , они ссадили преследуемых точными бросками с лыж. Не теряя времени, валькирии на сноубордах быстро очутились рядом с паразитами, а симбионт клювом, как Борис, не щёлкал. Ему хватило полминуты, чтобы решить вопрос кто батька, после чего все раскрасневшиеся охотницы незамедлительно ушли домой.

Когда массы льда и снега успокоились, жёны по наводке симбионта отправились ко мне. Дышать мне было тяжело, но возможно. Повезло, какая-то то ли каверна, то ли трещина, в которую меня занесло, имела полости. Кислорода тут оставалось немного, но я решил дождаться помощи, а не использовать Портал . Пусть жёны проявят героизм, совместное спасение мужа должно их сплотить.

— Твою дивизию, да не плачь ты. Смайл же сказал, что он живой, — услышал я спустя несколько минут Модо Слухом сквозь толщу снега.

— А вдруг ему там ручки оторвало или переломало? Как вот эту лыжу?

— Абсурд. Я сама проверяла его кости. Прочность его костной ткани подобное пережить в состоянии.

— Точно?

— Совершенно.

Согласен с хилершей, поэтому и не волнуюсь.

— Отставить неуставной балаган, копаем дальше. Только аккуратней, не отчекрыжьте ему лопатами что-нибудь нужное.

— Ти про голову?

— И про неё тоже. Солдат без котелка — не боец. Но вообще-то меня больше волнует кое-что пониже шеи.

— Точно, там костей нет, могло и повредиться.

— Это невозможно! Кожа и кости у нас тоже сверхпрочные. Ничего ему не грозит.

— Считаю, что лучше это не проверять!

Опять всё верно. Что ж они там вошкаются так долго? Скукота!

— Ой, я его шапочку нашла, лыжную. Только вытащить не могу, она зацепилась за что-то.

Вот и моя экипировка нашлась. Значит, скоро и меня найдут.

— Лекарь-пекарь, так она на его голове. Аккуратнее, не ампутируйте ему ушные раковины. Я насчёт прочности хрящей не уверена, не проверяла.

— Девочки, откапываем очень внимательно. Взвешиваем каждое движение.

— Ой-ё-ёшечки!

— Твою дивизию, что ж ты так промазала? Да не вытаскивай ты лопатку, пусть она в черепе так и остаётся. Люда потом всё вылечит, правда?

— Абсурд, — наконец ответила хилерша. Установившуюся снаружи гробовую тишину развеяло её медицинское заключение. — Крови нет, значит под шапкой что-то другое, а не голова.

— Точно. Я сбоку вижу, что под шапкой лёд. Нужно вот тут ломом ударить, там есть трещина.

— И правда лёд, вашу дивизию. А я думала, что это его замороженные мозги. Так, шапка — вот она, хоть теперь и дырявая. А где Ваня?

— Копаем дальше.

Спустя ещё пятнадцать минут сопения и ударов по льду раздался голос Тамары: