Она зло ткнула ложкой в размякшую картофелину, превращая её в пюре.
— Тин, ты чего? — Карина заглянула ей в лицо. — Ты побледнела. Плохо?
— Всё нормально, — процедила Тина сквозь зубы. — Просто… вспомнила, что не спросила про расписание завтрашних занятий.
— Ой, да ладно тебе! — Карина махнула рукой. — Я тебе продиктую — запишешь. После обеда будет объявление. Нас всех построят во дворе. Говорят, будут распределять на практикумы.
— Практикумы? — Тина оживилась. Это было хоть что-то, что могло отвлечь от мыслей о драконьих глазах и его тихом смехе в её голове.
— Ага. Будут распределять группы в теплицах. Мы много чего выращиваем там. И яды в том числе… — Карина прищурилась. — Только бы не попасть в группу к Мелиссе! Она будто не лиса, а драконица! Услышишь «бездарная недоучка» от неё — можешь даже не обижаться. У неё все такие, и лишь она — императрица! Хотя всё равно вернулась в Дивногорск.
— Вернулась? — Тина почувствовала, как внутри всё сжалось. — Откуда? Она местная?
— Ага, — хмыкнула Карина. — Родилась и училась здесь. И даже чуть замуж не вышла в двадцать лет.
Девушка наклонилась и прошептала ей на ухо:
— За дракона!
— Да ладно! — изумилась Тина.
— Да точно говорю! — округлила глаза Карина. — Мне мама рассказывала. Сам Бирк Златокрыл её позвал в жены! Не наложницей даже! А она взяла — и уехала в Черноград! На двадцать лет. А полгода назад вернулась деканом на наши головы.
Она тяжело вздохнула.
— Златокрыл хотел на ней жениться?! — Тина поперхнулась. — И она отказалась?!
— Ну, ему тогда двадцать лет было. Совсем щенок. У драконов такое иногда бывает, — пояснила Карина будничным тоном.
Украдкой глянула на стол преподавателей и почти зашептала:
— А с Мелиссой непонятно, почему она уехала... — она вздохнула. — Меня бы дракон замуж позвал — я бы до потолка подпрыгнула. Тем более такой, как господин Златокрыл.
И её голубые глаза мечтательно затуманились.
— Ну, может, двадцать лет назад он был тощий, страшный и наглый, — фыркнула Тина. — Как все щенки драконов.
— Может, — хмыкнула Карина. — Только сейчас он такую глупость точно не сделает — позвать лису замуж. Смешно!
Тина промолчала. Действительно, смешно.
Она покосилась на преподавательский стол. Мелисса Чертополох теперь сидела ближе к Бирку, чем позволяли приличия, и что-то чертила пальцем по скатерти, не сводя с него глаз. Бирк слушал с вежливым выражением лица. Тут он посмотрел прямо на неё.
Их глаза встретились на секунду. Тина резко отвернулась, чувствуя, как уши начинают гореть. Она услышала, как Бирк кашлянул и сказал что-то Мелиссе, и та рассмеялась. «Проклятье. Он специально. Он видит, что я за ним слежу. И ему это нравится».