Скайрим – одна из провинций Тамриэля, с древней историей и множеством все еще не раскрытых тайн. Находясь на самом севере материка, Скайрим имел крайне суровый холодный климат, от того и проживавшие здесь норды были не менее суровы, чем их родина. Гористая местность, огромная сеть рек и озер, густые смешанные и хвойные леса, заброшенные форты, крипты, множество забытых руин, огромных пещер – и все это населено множеством самых разнообразных смертоносных существ: от бурых медведей, до снежных троллей. Скайрим называли одной из самых опасных провинций Тамриэля… и они ошибались – это была САМАЯ опасная провинция. Холодный, суровый… но в то же время прекрасный и живописный край.
И сейчас, в глубинах одних из многочисленных руин, могучий норд в устрашающих даэдрических[1] доспехах… попал в неприятности. Сняв шлем, он прислонился лбом к стене из чистой энергии, которая кольцом окружила его, запирая в помещении с каким-то странным постоянно деформирующимся кубом в центре.
–Как чувствовал, что этот остроухий засранец что-то недоговаривает, - ответил в пустоту норд, перестав стараться пробить барьер своим лбом. “Ушлым типом” про которого он говорил, был никто иной как нынешний новый архимаг Коллегии Винтерхолда - Ровон Арвел. Тоже, к слову, данмер, как и его предшественник Савос Арен. Мером Ровон был весьма уважаемым, ведь как им не быть, когда ты за весьма короткий срок, да еще и в столь юном для твоей расы возрасте сумел стать целым архимагом? Чуть более просвещенные конечно знали, что архимагом тот стал по итогам кое-каких междоусобиц в коллегии. А уже совсем немногие обладали знанием о том, что свой титул данный данмер заслужил в ходе головокружительного приключения, связанного с Оком Магнуса и давно исчезнувшим орденом Псиджиков. Среди таких носителей редкой информации был и наш запертый в магической ловушке норд. А потому и относился к Ровону с долей уважения за его свершение, хотя, как и любой уважающий себя норд, данмеров он в целом не жаловал… как и вообще всех меров[2]. Но сами эльфы используют данную приставку чтобы просто обозначать какую-то расу. Но потому было и не удивительно, что, зная подноготную нового архимага и его достижения, наш герой откликнулся на его призыв о помощи в одном щепетильном вопросе, связанном с очередным могучим магическим артефактом древности.
Почему же архимаг обратился именно к нему, а не сам решил вопрос, раз уж тот столь могущественен и искусен в магии? Ну помимо того, что Виктор Алый Лев(так звали нашего бравого норда) был лидером Соратников и героем Скайрима, приведшим провинцию к независимости в ходе гражданской войны, что было особенно трудно сделать, после смерти лидера восстания Ульфрика Буревестника, Виктор носил еще один титул – Довакин или же Драконорожденный. Смертный, но с душой Дова, позволяющей ему намного быстрей и проще осваивать Ту'ум и драконий язык в целом. Так же именно Довакин был главным бичом драконов, потому что лишь он, сражая Дова, мог поглотить их душу, окончательно умертвляя, не оставляя никакой возможности на возрождение. Виктор заработал свою славу потом и кровью, с честью приняв ношу Довакина, предотвратив возвращение драконов и вышел победителем из битвы на смерть с первенцем Акатоша – Ужасающим Пожирателем Миров Алдуином. И найденный архимагом артефакт и был по его заверению как-то связан с драконами, потому кто как не Довакин должен был с этим разобраться? Ну вот, разобрался называется. Теперь он заперт вместе с какой-то непонятной хренью. Ведь про такой незначительный факт, что артефакт находится в двемерских руинах и помещен внутрь какого-то очередного замудренного двемерского механизма, эта ушастая сволочь умолчала. Виктор перепробовал казалось уже все что можно, чтобы попытаться выбраться из магической ловушки. Бил рукой, бил своим двуручным эбонитовым мечом, стрелял своим зачарованным драконьим луком, использовал все возможные атакующие Ту'умы, но бессмысленно – стена магии не поддавалась. Вот и оставалось Алому Льву лишь усесться наземь и ждать… чего-то. То ли озарения, то ли того, что у этого механизма, даэдра его задери, закончится заряд(маловероятно, но вдруг?).