— А сегодня?

— Про это ничего не знаю, сегодня я еще пиво не пила. Но вечером иду!

— Я тоже хочу!

— Поехали! Но не уверена, что там будет Марк. Его тебе надо ловить около пещеры, особенно если ты хочешь получить своих крокодилов. Андерс сказал, что Марк гоняет по пещерам всё свое крокодилье поголовье. Так что твое имущество отчаянно эксплуатируется, — лукаво улыбнулась Лин.

— И прокачивается… — задумчиво поправила Кьяра, наматывая локон на палец. — Он забыл, наверное.

Лин фыркнула.

— Легко могу себе представить. Так что, если тебе нужен Марк и его крокодилы, лови его сама.

Кьяра вздохнула.

— Займусь. Почему мужчины вечно чем-то заняты?

— А ты? — засмеялась Лин. — Ведь не позвонишь же прямо сейчас?

— Нет, — согласилась Кьяра. — Мне еще на таможню съездить, новый погрузчик получить.

— Так жизнь и проходит, — заметила Лин.

В этот момент в глубине пещеры что-то упало с грохотом, и девушки направились туда.

— Я правильно понял, — переспросил Роман Николаевич, — что взрослый куст так просто переманить нельзя?

— Да, — подтвердил Уфф.

Мы с уважением посмотрели на наш топиар. Как приятно, когда никто просто так не может получить над тобой контроль.

— А маленький можно? — уточнил Балакирев.

Уфф снова углубился в беседу с кустом.

— По-моему, одного чая маловато будет, — заявил Котий и ушел делать горячие бутерброды. Драк ушел с ним, а я остался с нашими гостями ждать ответов.

— Больше всего мне это напоминает коммуникацию с одной общиной у нас на севере, — подумал вслух я.

— На Тривии? — оживился Балакирев. — Ни разу у вас не был. А расскажите!

— Ну… Так-то ничего особенного, обычные люди. Без особых способностей. Но живут уединенно, постоянно пребывая в медитациях. Питаются тем, что присылают им по договору об обмене информацией о состоянии атмосферы, поскольку в процессе медитаций они еще и атмосферные процессы контролируют. Точка у них очень выгодная, аккурат на горе. Только если что-то нужно узнать вне графика, отправляется гонец с запросом и сидит у подножья пьет чай до посинения, пока кто-нибудь не снизойдет и не заберет его вопрос наверх. А потом, соответственно, не спустится с ответом вниз. Весь процесс занимает дня три, иногда больше.

Роман Николаевич с Балакиревым засмеялись.

— У нас пока быстрее получается! Повезло! — заметил Балакирев. — Наши собеседники самые эффективные в мире.

Мы помолчали. Куст тоже молчал и даже не смеялся. Меня подспудно грызла какая-то мысль, что я забыл о чем-то важном. Нет, определенно, пора заводить какой-то говорящий ежедневник для планов и прочего, я ничего уже не помню.