— Да что случилось-то? Ты правда думаешь, что они начнут красть у нас какаду? Ну да, какаду — часть системы, я буду расстроен, если они украдут моего, но он и так старый…

— Ты не понимаешь, — покачал головой Джон. — Не будет никаких какаду.

— Как это не будет? — нахмурился Гарет. — Что ты имеешь в виду?

— Совсем не будет, — утонул в кресле Джон и закрыл лицо руками.

— Но мы не можем просто взять и все прекратить, — растерянно проговорил Гарет. — Что о нас подумают?

— Вот и поручим это Бару. Пусть он думает, у него голова больше. Оформим как смежный проект, я узнал, что он следующий еще не выбрал. Мы можем успеть его перехватить. Но какая сволочь! Так намекнуть на последствия, чтобы я неделю думал, в чем дело, и еще день спорил сам с собой! Ты еще кого-нибудь такого знаешь?

Гарет задумался. Вообще-то он считал себя гораздо умнее Бара, но в одиночку в любом случае не сделать того, на что способен мотивированный коллектив. Кроме того, перспектива в кои-то веки не думать самому казалась очень заманчивой.

— Звони Бару, — разрешил он.

— А почему я? — опешил Джон.

— Мне не положено. Я великий консультант. А ты глупый директор, ты звони, — безапелляционно заявил Гарет.

Утром Гата проснулась от того, что Джакума настойчиво теребил ее ухо.

— Ну что такое, милый, ты же знаешь, что я не люблю, когда меня будят? Тем более, сегодня воскресенье. Ну ты что, с ума сошел?

— Дорогая, — и Джакума подтолкнул лапой коробку к ней. — Твоя мурмонилия. Давай померяем, я тебе сам застегну.

— Что такое? — зашипела Гата. — Я же запретила тебе ее выкупать! Не надену!

— Я ничего не выкупал. Твой платеж прошел вчера, а утром приехал курьер от ювелиров.

— Как это? — удивилась Гата.

— Все заработало, твой счет разблокирован, ювелиры приносят извинения за задержку и делают вид, что не знают, в чем было дело. Наверняка твой брат тебе еще что-то написал.

— Мррр, — потянулась Гата. — Тогда давай мерить.

Джакума защелкнул застежку, для этого ему пришлось минут на пять стать человеком, и полюбовался. Гата выбрала для свадебного украшения энергобриллианты с зеленоватыми искрами, и они ей бесконечно шли. Она посмотрела на себя в зеркало с одной, и с другой, повернулась спиной к зеркалу, села и обернулась. Да, хорошо!

— Ты самая красивая! — потянулся к ней Джакума.

— Мррр, — сказала Гата.

— А давай теперь не будем уничтожать серебряных какаду, — осторожно предложил Джакума.

— Давай, — легко согласилась Гата. — Хотя было бы неплохо для профилактики. Но что ж я, зверь какой?

Она протянула лапу к контактному пульту, чтобы отдать приказ.