Отшатнувшись в сторону, словно пьяный мастер ушел из-под вертикального удара мечом, затем насадил нападавшего на кровавый шип таким же способом, что и Тыкву. Удар дубиной от следующего добравшегося до меня мужика принял на щит, краем сознания отметив, насколько он казался слабым, и трансформировав шип в клинок, размашисто полоснул того по руке.

Истошный крик противника, потерявшего конечность, оглушил не хуже светошумовой гранаты, и поморщившись от усилившейся боли в голове, вторым движением ударил красным лезвием по шее. Крик тут же захлебнулся, сменившись натужным хрипом, и нападавший осел на асфальт, единственной целой рукой схватившись за глубокую рану на горле.

Последний оставшийся в живых резко остановился, в шоке уставившись на тела своих товарищей, после чего не долго думая развернулся и бросился бежать в обратную сторону. Не собираясь играть в догонялки, словно диск запустил в того кровавый щит, который попал мужчине точно по ногам. Но к сожалению, кровь начала терять твердость ровно в тот момент, как щит коснулся икр бегущего, из-за чего тот не упал, а лишь на мгновение запнулся, слегка сбив темп.

Черт, отпускать нельзя. Сцепив зубы и постаравшись сосредоточить расплывающийся взгляд на удаляющейся фигуре, кинулся вслед. Несмотря на слабость, расстояние между нами сокращалось довольно быстро, и не прошло и пяти секунд, как кровавое копье пронзило спину беглеца.

Осмотревшись по сторонам и убедившись, что в живых никого не осталось, и никакие твари не сбежались на шум, устало сел на землю, спиной облокотившись на стоящую у дороги разбитую машину. В голове шумело, острая боль в груди от резких движений лишь усилилась, а во рту ощущался солоноватый привкус. И всё это было из-за одного единственного придурка, которому очень сильно повезло с атакующем навыком.

Мне, конечно, тоже грех было жаловаться — если посмотреть со стороны, то я тот ещё читер. Даже с учетом серьезных ранений, видимо, из-за существенной разницы в характеристиках, справился с троицей почти без усилий. И удар дубиной по щиту почти не почувствовал, и догнал свежего и полного сил бегуна без особых проблем.

Интересно, что у Тыквы был за навык? Теликинез? Или какой-нибудь воздушный таран, которым он меня чуть в лепешку не превратил?

На груди уже успел расплыться огромный фиолетовый синячище, а каждый глубокий вдох сопровождался ощутимой болью. Сразу принялся возвращать кровь на естественные траектории движения, убирая излишки из тканей. Темнота из солнечного сплетения тут же начала исчезать, но, к сожалению, сломанные ребра это мне не починит. Всё, что мне оставалось — активнее направлять кровь к поврежденному участку, доставляя туда как можно больше клеток и питательных веществ.