При виде такого циничного варварства капитан едва не задохнулся от гнева. Он готов был убить этого деда за порчу казенного имущества на месте. Без суда и следствия. Но реализовать свою кару не успел.

Полковник снова громко крикнул:

— Механик, вперед.

Но прищучить ветерана смог.

— Команда «вперед» в данном случае не подается! Механик после выстрела обязан сразу начать движение.

— Так и нахлобучь его сынок своей властью! — Вполне обоснованно огрызнулся ветеран, при этом не отрываясь от наблюдения за обстановкой через триплекс.

А танк продолжал стремительно двиаться дальше. Капитан успел лишь удовлетворенно заметить, что в первую цель полковник не попал. «Мазила!» — торжествующе подумал он. Но тем временем на поле появились следующие мишени. И больше полковник не мазал. Ни разу!!!

Он снова и снова командовал механику:

— Короткая!

Смотрел в триплекс и посылал раз за разом снаряд в сторону цели. Удовлетворенно хмыкал и больше не давал команду механику на продолжение движения. Остальные мишени были поражены. Все до одной. После стрельбы капитан был похож на инопланетянина. Он вылез из танка и пошел в никуда. Испугавшись за него, его остановили.

— Ты как нормально, все в порядке?

— Да… со мной все в порядке…

— Ну, а как дед?

Капитан в ответ только и смог, что развести руками. Он был в полном ах#е, то есть в шоке. Как можно было поразить все мишени, кроме первой, без использования прицела и лазерного дальномера, без стабилизатора и баллистического вычислителя? У него это все просто не укладывалось в голове. Как можно стрелять, наводя орудие по стволу через триплекс с помощью какого-то «Хм-м» и какой-то матери, ему было совершенно не понятно.

Полковник-ветеран что-то пытался ему объяснить. Говорил, что если отметить на триплексе точку разрыва снаряда, можно наводить эту точку на цель. И тогда не будешь мазать. Особенно при стрельбе прямой наводкой с места. В течение одного дня, когда маловероятно резкое изменение погоды, ветра и давления воздуха. При стрельбе промаха не будет.

Затем необходимо сделать еще несколько линий на триплексе. На следующий день можно будет снова пристрелять танк. Запомнить линию, на которую выпадет разрыв снаряда. И спокойненько воевать целый день. Если, конечно, тебя за этот день не сожгут фашисты.

Все это попахивало каким-то бредом. Но стрельба старого полковника говорила сама за себя. А значит, что-то в его словах все-таки было. Видно дед еще не совсем выжил из ума. В отличие от капитана. Потом мы проверили на одной «тридцатьчетверке» этот способ стрельбы. Он работал!