Пока все это крутилось у меня в голове ребята уже все сделали и позвали меня. Так как не было времени разбираться с немецкой рацией, вместе с Борисевичем посадил солдата со «сто восьмой». Остальные привычно устроились в «семидесяточке». Еще раз подойдя к «немцу» спросил у ребят:

— Ну как?

— Фантастика! Ответил радист.

— Фантастика! — повторил Борисевич. — Все в порядке!

— Ну что, на Берлин?

В этот момент машина взревела, немного дернулась, потихоньку пошла и встала за нашим БТРом. Устроившись на своем месте, захлопнув над головой люк, повернулся к пацанам:

— Все сели?

— Все!

— Ну, тогда поехали.

Обратно к колоне добрались на счет «раз». Когда я подошел для доклада к МТЛБуше комбата там были практически все офицеры и командиры. Здорово развеселила полная анархия в форме. Командиры РККА выглядели на мой взгляд более чопорно в своих гимнастерках до колена, ремнях крест- накрест, с шашками и сильно меня удививших со свистками в аккуратных таких карманчиках на одном из ремней портупеи. Наши же выглядели в камуфлированных и черных комбезах и шлемофонах как подсобные рабочие у солидных прорабов. Доложив о своих действиях, получил новое задание: на трофейном БТРе следовать на некотором расстоянии от основной колонны и прикрывать тылы.

— Конечная цель маршрута фольварк… черт язык сломаешь, вот смотри на карте…

Комбат ткнул остро отточенным карандашом в точку на карте. Мелькнула еще мысль, откуда у него польская карта какого-то затертого года?

Я только успел добежать до своих и назначить вместо себя старшего на «семидесяточке» как колонна снова вышла на дорогу. Так стал я третьим членом экипажа на «немце». Отпустив колонну немного вперед, двинулись и мы. Борисевич вполне уже освоился с машиной, хотя как я понял из — за тяжести самого БТРа и гусеничного привода, машина оказалась очень неповоротливой и в управлении больше напоминала ЗИЛ- 157. Вскоре мы разогнались до двадцати километров, правда трясло при этом немилосердно и разговаривать, без риска откусить себе язык, было невозможно. Оставалось только внимательно смотреть по сторонам. Вокруг поля, колосится рожь. Проселочная дорога наезжена. Наш БТР ползет по склону, подминая гусеницами бурьян. Судя по одометру и местным ориентирам уже необходимо повернуть в сторону нужного фольварка. Е-пэ-рэ-сэ-тэ, где же развилка? Вот стоит на обочине судя по всему верстовой знак — придорожный крест. Но на моей карте изданной после войны его нет! Только пометка карандашом, сделанная командиром батареи.

Дорога шла прямо и прямо, рожь поднимается вровень с бортом. Неужели я не заметил, и мы миновали разветвление дороги? Повернуть обратно?..