Поскольку у находившихся в этой части колонны было больше времени оценить обстановку, они начали разбегаться, стараясь убежать как можно дальше от дороги и укрыться в кустарнике.

Над лесом взлетели красная и зеленая ракеты, что означало — пора отходить. Очень жаль, что моим танкистам не довелось сделать ни одного выстрела. Но кто я такой, что бы нарушать приказ?

Сидевшая ближе к берегу, и до этого не обнаружившая себя группа гранатометчиков, стала ползком и короткими перебежками оттягиваться к лесу, соединяясь с остальными. Заметив это, залегшие в кустах на берегу реки, фрицы усилили огонь. Их пулемет на какое то время прижал наших солдат к земле, но вцепившиеся в него ДШК, быстро заткнули немца.

У каждого дивизиона, принимавшего участие в засаде был свой маршрут отхода, и лишь в глубине леса, на широкой просеке, все мы должны были собраться в общую колонну. Мы, бригада Москаленко и уровские артиллеристы.

Соблюдая маскировку и прикрывая друг друга, мы организованно оттянулись к лесу, и пристроившись за последним орудием третьей батареи, скрылись в лесу. У всех было приподнятое настроение. Сегодня мы воочию увидели всю мощь нашего оружия. Сегодняшний бой, когда за пять минут было уничтожено больше полутора сотен ста единиц вражеской техники, — это было НЕЧТО!

Когда вся колонна уже вытянулась на широкой просеке, в воздухе показался самолет — разведчик «Рама», а вскоре появилась девятка Ю-87. Вероятно, кто-то из разгромленной колонны успел сообщить о нападении и немцы решили уничтожить наглецов, сделавших им такую «каку».

Приказав всем укрыться в танках, я через приоткрытый люк продолжил наблюдение. Привыкшие к полному отсутствию средств ПВО у наших войск, «Юнкерсы» не спеша становились в круг, готовясь к бомбометанию. Снизу за их маневрами чутко следили тонкие стволы наших «Шилок». Когда ведущий сделал крен, собираясь перейти в пикирование на цель, все ЗСУшки открыли огонь.

Вероятно, цели у них были распределены, потому что трассы впились в фюзеляжи сразу шести самолетов. Висевшие на внешней подвеске бомбы, у одного из них, взорвались, превращая бомбардировщик в огненный шар. Две машины отдельными фрагментами падали на землю, а за тремя потянулись черные хвосты дыма. Остальные самолеты шарахнулись в стороны, но им не удалось уйти. Последовал еще один залп «Шилок», еще два огненных цветка распустилось в небе, а один самолет чадно дымя, клюнул носом и устремился к земле.

Сообразив, что сейчас на нас посыплются осколки взорвавшихся самолетов, я захлопнул люк. По броне несколько раз сильно ударило и с крышки люка, которую я только что закрыл, посыпалась мне лицо металлическая пыль. Увидев ее, заряжающий заметил: