Теперь я сидел в кресле пилота и пользовался своей служебной карточкой, но не механика, а уже пилота, и проводил пробный запуск. Механик не может запустить все системы, лишь через специальный планшет провести диагностику. Но так как я ещё и пилотские знания получил, причём боевые, то понятное дело, пользовался этим, и прямо в ангарах проводил расконсервацию, делал холостой прогон всех систем. В этот момент можно было найти некоторые повреждения, которые при диагностике могли и не давать отклика. Восемь таких нашёл.
Всего на станции было двенадцать боевых кораблей и два относящихся как бы к боевым. Проще говоря, средние транспорты, с большой автономностью хода и отличным вооружением, которое могло поспорить с вооружением лёгкого крейсера. Одни был чисто десантными, со всем положенным обвесом, вооружением и материальной частью, вторые — транспорт обеспечения. Четыре боевых корабля относились к патрульным силам быстрого реагирования, три корвета, один восстановленный мной из обломков, и лёгкий крейсер.
Каждый корабль обустроен для автономной жизни экипажа в дальнем рейде, включая медицинское оборудование, которое на Земле и не снилось. Так как все эти корабли принадлежали расе гуманоидов, но не людей, то я все выкупленные корабли переделал под себя, то есть под людей, как и всё штатное оборудование, благо запасные части на складах были. Даже капсулы медбоксов были запрограммированы на лечение людей, а не других гуманоидов, благо в настройках были такие функции, ну и управление и жилые модули тоже были адаптированы под управление и проживание людей. Кто-то спросит, почему я это делаю, так отвечу: потому что я собираюсь забрать в качестве платы все те корабли, что находятся в ангарах и складах хранения станции. Договор у нас такой с ИИ станции. Их тут действительно несколько, но страшим был тот, которого я прозвал Исследователем, именно с ним я беседовал при первом визите на борт этого центра.
Так как я за эти годы перешёл из специалиста механика в пилоты и медики, полномочий у меня стало больше, поэтому протолкнул разрешение уступить мне часть оборудования и вооружения в качестве платы за те издевательства с моим телом, что надо мной проводили в исследовательских лабораториях. Брал, естественно, не всё, так как только часть оборудования и техники можно было адаптировать под использование людьми, поэтому на остальное я смотрел с жадностью, но вздыхал. Это оборудование мне было не нужно, использовать его я всё равно не смог бы.
Наблюдая за пиковыми мощностями маневровых двигателей, я расслабленно откинулся на спинку кресла и ушёл в воспоминания. Да уж, в этот центр я пришёл лихо, пребывая фактически на птичьих правах. Если бы мне не удалось заболтать искина, даже не знаю, что бы я делал. Это уже потом, когда они закончили изучать мою кровь и поняли, что я Страж, то засуетились и были согласны на всё, лишь бы я прошёл многочисленные исследовательские тесты. Выяснилось, что местные искины давно наблюдают как за Посредниками, так и за Стражами, пометив их как объекты нулевого уровня. То есть кто они, так понять и не смогли, пришлось мне просветить.