— Давайте деньги.

Через пару минут у меня за спиной был ещё одна поклажа, на этот раз добротная одежда с обувью и ножами, а два совершенно голых грабителя убежали в темноту, прикрывая срамные места. Через секунду за углом прозвучал возмущенный женский крик, и я понял, что они таки с кем-то встретились.

Тут мне попался кэбмен, и с помощью него я и добрался до недорогой гостиницы, где останавливались в основном моряки, небогатые капитаны и шкиперы. За доставку я расплатился трофеями — узлом с одеждой, чем возница был очень доволен.

Свободные места в наличии были, поэтому я снял номер на одного и после водных процедур — служанка поливала меня из кувшина, пока я умывался — лёг спать.

Утром, оставив вещи в номере — уплатил я за два дня, решив задержаться в Лондоне, — вышел из гостиницы и направился на поиски хорошего портного. Мне требовалась дорожная одежда, а то моя привлекала внимание.

Смена гардероба не прошла так быстро, как я рассчитывал. Портной узнал, что мне надо, снял мерки и попросил прийти вечером, чтобы забрать подогнанную под меня готовую одежду. Пришлось доплатить за срочность, чтобы было готово в этот же день.

После портного я направился в порт. Там прогуливаясь, я заметил мужичка с хитроватым выражением лица и, подкидывая в ладони золотую гинею, отчего его глаза засверкали, спросил насчёт дорожных документов. Мол, мои были утеряны, хотелось бы восстановить. Тот мгновенно ухватил суть, на что я и рассчитывал.

— В таможне есть мистер Гудвин, — сказал он, не сводя жадного взгляда с монеты. — Обратитесь к нему, скажите, что от Хитрого Джека. Он вам всё сделает, хотя заплатить придётся несколько фунтов. Он сейчас на месте, только пришёл.

Хитрюга честно заработал свою монетку, но он был слишком хитрым, поэтому я с улыбкой сказал:

— Получишь плату после разговора с этим мистером Волшебником.

— Почему волшебником? — растерялся тот. — Мистер Гудвин, конечно, умеет показывать некоторые фокусы, но он не волшебник.

— Не думай об этом, — посоветовал я и направился в то здание, на которое мне указал Джек. Сам он засеменил следом и занял позицию у входа, явно не собираясь упускать свою монету.

С Гудвином было приятно иметь дело. Он сразу понял, от кого я, узнал, что мне требуется, и сообщил цену — три фунта. Согласно кивнув, я стал дожидаться, пока он оформит загранпаспорт на имя Алекса Мак-Грегора, шотландца шестнадцати лет от роду. Поставив оттиск большой печати и свою подпись, он дал чернилам просохнуть и протянул лист из толстой бумаги мне. Проверив написанное — там было обозначение моих особых примет и описание внешности, — я кивнул и вернул ему лист. Тот сунул его под линейку и согнул, превратив в небольшую книжечку. Проверив документ ещё раз, Гудвин протянул мне загранпаспорт и забрал оплату. Пересчитав деньги, он кивнул, показывая, что сделка состоялась.