Шерсть я складывал в пакет, который захватил с собой, имея в виду грибов в него набрать, а вонь… да, воняло гадостно, котики в переноске даже орать начали — но я ее ножиком даже с этих кусков кожи старался срезать, а эти куски я в основном именно по вони и находил, так как вокруг деревьев все заросло очень высокой травой. И внезапно в этой траве я увидел то, что увидеть уж точно не ожидал: блестящий череп с двумя сохранившимися бивнями. Вот только череп этот принадлежал вовсе не мамонту, а какому-то здоровенному носорогу. Очень здоровенному. Передний бивень, если мы его поставить рядом со мной, наверняка бы был выше моего подбородка…
Но вот шерсть, которую я собирал, явно не этому носорогу принадлежала. Я, конечно, не являюсь крупным экспертом по носорогам с шерстью, но вот шерсть мамонта я в музее видел, и собирал я, думаю, именно ее. Хотя бы потому, что носорог, останки которого я нашел, явно помер лет так несколько назад, а шерсть все же была «свежая». И это я определил не по «качеству» шерсти, а по тому, что она валялась поверх старой травы, а череп был почти скрыт явно многолетними слоями травы уже высохшей и даже подгнившей. Рог меня заинтересовал, ведь из него много чего полезного сделать в принципе можно, и я даже попытался его отпилить. Маленькая пилка в моем ноже рог пилила довольно легко, и я даже решил, что за пару дней я его все же отпилю — но у меня пары дней просто не было, так что я продолжил собирать шерсть (пусть будет мамонтовой), а за рогом приду, когда время будет. Если он несколько лет провалялся, то вряд ли его за несколько дней кто-то сопрет…
Хорошо, что я с собой взял два пакета: через час я оба шерстью набил. И поспешил домой, все же отпилив от поваленной лиственницы верхушку длиной метра в три: из нее будет неплохо сделать потолочную балку для моей «норки». Правда, с этой верхушкой возвращаться было гораздо труднее, но «я успел», и вернулся к «дому» еще до того, как котята от голода возмущаться начали. Там их покормил (пакетиком), себе еду приготовил (грибы с последними остатками молока), сам поел. А пока варево остывало, набрал золы чуть больше половины молочной бутылки, долго полоскал ее с водой, затем, когда зола в бутылке отстоялась, вылил полученную жидкость в поддон от лотка и стал в ней (конечно, еще воды добавив) промывать собранную шерсть. А затем ее промыл просто в речке и разложил сушиться на солнышке.
И мне стало интересно: на небе ни облачка не было, солнце шпарило вовсю — а температура по ощущениям оставалась явно ниже двадцати градусов. Телефон показывал что-то в районе двадцати, но так как телефон температуру-то измерял «внутри себя», а программа градусника тоже процессор как-то разогревала, я был уверен, что до двадцати воздух все же не прогревался. И это уже часа в два дня летом на месте Москвы! Интересно, что тут мне ждать зимой?