— И?

— И это-то как раз и странно!

— Ну вряд ли они придумали всё это мероприятие чисто для нас, не находишь?

— Нахожу. И никак не могу успокоиться, понимаешь? Меня уже мама спросила, почему я такая дёрганая. И Валя звонила сегодня по рабочему вопросу, спросила, почему я на неё бросаюсь. Так-то она всё время мне звонит, и я всегда ей отвечаю, потому что мало ли что там.

Валей звали Маринкину секретаршу, и она в самом деле обладала правом звонить по рабочим вопросам всегда, где бы Маринка ни находилась. Другое дело, что она никому не сдавала Маринкин отпускной номер и говорила всем — изложите ваше дело, я спрошу. И отстреливала таким образом ерунду на подлёте.

— И что тебя успокоит, как ты думаешь? Знаешь, меня во многом убедил вчерашний ужин в доме здешнего профессора. Они все выглядели… очень естественно. Хозяин правда похож на чудаковатого профессора, его жена — на академическую леди, внук — нормальный такой внук. И гости тоже — разные все, где б они таких специально искали?

— Ой, не знаю. Но вот ты веришь насчёт некромантии?

— Не определилась пока, — усмехнулась Татьяна. — Я ж вижу только реальные эффекты от их действий. Не знаю, что нужно сделать, чтоб тарелки по воздуху летали.

Сама она тоже нарисовала себе лицо — ровное, гладкое, без покраснений и неровностей, с яркими глазами. Убрала волосы в хвост, заплела хвост в косу, вокруг него уложила узлом шиньон — тоже в виде косы, закрепила шпильками, украсила жемчужными бусами. Причёска готова. Марина тоже завершала борьбу с причёской — уложила две своих рыжих косы на голове и украсила шпильками и медной заколкой с цветком чертополоха.

Но где носит девчонок? Татьяна уже была готова звонить и ругаться, но они появились сами.

— Прикиньте, мы тут в кафешке с другими участниками познакомились! — начала Майя.

— Они тоже ни разу не маги, и тоже танцуют, — кивала Алёнка.

— И сказали, что за здешний диплом потом у них тут можно многое поиметь, фестиваль до фига престижный. Зовут выступать и работать за деньги. Поэтому все рвут задницу прямо вот изо всех сил. И мне очень удивительно, как нас вообще куда-то взяли.

— Может, мы им просто понравились? — усмехнулась Марина. — Вы, кстати, переодеваться собираетесь? Или так пойдёте?

— Собираемся, — закивала Майя. — Мы уже почти и совсем. Нам быстро. У нас крючки, не шнуровки.

Правда, они всё равно делили ванную, спорили, кто наденет бабушкины бусы, и искали запропастившиеся куда-то белые чулки, но это уже было понятное и знакомое. Они всегда такие. И обычно успевают вовремя.

Так и случилось — когда постучался Патрик, все четверо были готовы выступать.