— Это было достаточно просто, — сказал подошедший ко мне Потёмкин. — Двух я убил, используя далеко не самые мощные атакующие заклинания, но их барьеры сломались слишком быстро.

— Всё больше создаётся впечатление, что Султан бросает своих людей в самоубийственные атаки с целью нанести нам ущерб побольше. Такая тактика была оправдана ранее, но сейчас, когда мы стоим практически у самой столицы?

— Не стоит недооценивать человеческое отчаяние. Султан всего в шаге от неминуемой смерти, ему даже сейчас не дадут править землями на востоке, которые уже объявили о независимости. В данный момент он определённо готов на любой шаг, который поможет ему хотя бы ненадолго отсрочить его гибель. Хуже всего, что при этом его люди идут на смерть ради него. Видимо магические клятвы или что-то ещё вынуждают их слушаться своего господина.

— Мне вот интересно почему матушка Ишриры не только жива, но и султан её ещё отправил воевать с нами. Я бы на его месте сразу же казнил бы её.

— Если тебе так интересно узнать что-то про эту женщину, то вскоре мы пресечёмся с группировкой этой иноземной царицы. Тогда и задашь ей свои вопросы…

…Через час мы двинулись дальше и выбив силы противника из очередной деревни действительно пересеклись с группировкой Ишриры в ней. Я тут же решил встретиться с ней и с её матерью, а вот Потёмкин отказался от этого. Так что я лишь с парой бойцов отправился на эту встречу.

Ишрира встретила меня лично, а вместе с ней была ещё одна женщина постарше.

— Миледи Ишрира, — поприветствовал я женщину. — А это как я понимаю…

— Моя мать, Гашрира, — кивнула та.

Ишрира, Гашрира… Милосердные духи-хранители ну вот что за имена, а? Ладно, главное сохранить невозмутимое выражение лица.

— Приятно познакомиться с вами, — слегка поклонился я. — Сказать честно, то я был очень удивлён узнав, что послали к нам и вы смогли позже оторваться от других османских магов. Мне казалось, что мать Ишриры после её предательства ждёт… суровое наказание. А вы остались возле султана и он даже позволил вам идти в атаку. Сложно поверить, что ваш супруг настолько доверял вам.

— Тут всё просто, — улыбнулась Гашрира. — Я понимала, что стоит мне поддержать дочь в её стремлениях и мы обе окажемся в опале у моего супруга. Поэтому было решено, что сама буду третировать дочь за её непослушание и излишнюю самостоятельность. Всячески наказывала, принуждала участвовать в делах Империи что были ей противны… Если просто, то всячески усложняла ей жизнь.

— Дайте угадаю — вы её по итогу вовсе не наказывали, а помогали окольными путями? — Высказал я свою догадку.