Ну, а дальше, когда неминуемо найдется кто-то, кто усомнится в этой версии, обнаружив великое множество натяжек и нестыковок? На этот счет Батищев клятвенно пообещал, что, едва только доберется до Москвы, немедленно сообщит кому следует о произошедшем и позаботится как о бойцах генерал-майора, так и о нем самом. Обе-щание было, скажем так, не слишком надежным, и оба прекрасно это понимали, но ничего иного просто не оставалось. С другой стороны, если Ивану Михайловичу ПОВЕРЯТ на самом верху, все это уже не будет иметь особого значения: генерал Макаров автоматически станет секретоносителем высшей категории и будет немедленно эвакуирован в столицу, куда-нибудь в генеральный штаб, поскольку на фронт его уже ни при каких обстоятельствах не отпустят…

— Отойди на всякий случай, — напряженным голосом буркнул Локтев. — Нас предупреждали, что по краям поле нестабильно и внутри, и снаружи, опасная зона — примерно тридцать сантиметров. Примерно так, подробнее я не вдавался.

— Понял, Вов. — Десантник опасливо отступил в сторону, не испытывая ни малейшего желания спорить с высокими технологиями, в которых ничего не понимал. Еще отчекрыжит руку по локоть, ищи потом виноватых! Страховки-то у него нет, ага. Нет уж, дураков нету…

Оглядев товарищей, старлей вздохнул:

— Все, пошел, не поминайте лихом. Надеюсь, скоро вернусь.

— Кстати, не факт, — неожиданно хмыкнул Степанов, припомнив читаную фантастику.

— Ты о чем?

— Да о течении времени, о чем же еще! Я вот подумал, коль уж мы тут целый параллельный мир замутили, вовсе не факт, что время в обеих реальностях течет с одинаковой скоростью. Проведешь там с полчасика, а нам жди тут тебя аж до самой победы! Хотя лучше, понятное дело, если наоборот…

— Очень смешно… — напрягся Локтев. — Ты что, серьезно?

— Да откуда ж мне знать? Писатели подобное допускают, но фантасты — они ж такие фантасты, что фиг их без поллитры поймешь… ладно, не бери в голову, тарщ старший лейтенант, иди уж. Разберемся.

Осторожно погрузив высоко поднятую ногу в заволновавшуюся переливчатую поверхность, старлей на миг замер — и решительно шагнул вперед, мгновенно пропав по ту сторону плоского «мыльного пузыря», по поверхности которого пошли короткие, сразу же затихающие волны. Еще мгновение — и все успокоилось.

Несколько раз ошарашенно сморгнув, Борисов подергал товарища за рукав:

— Леш, а это сейчас чего было? Он что, уже там, в будущем? Р-раз — и готово?

— Надеюсь, что да, — кивнул десантник.

И с абсолютно серьезным выражением лица — настроение отчего-то внезапно улучшилось — добавил: