Шварц вышагивает на сцену. Он подмигнул ей, а затем подошел к микрофону, чтобы похвастаться своими прошлыми успехами и нынешней компанией. А потом он начал признаваться в мошенничестве, которое совершили он и Ника, включая все мельчайшие подробности. Публика становилась всё более разъярённой и направляла свой гнев на неё. Она пыталась объяснить, что это не совсем её вина, что она просто выполняла указания Ари, но им было всё равно. Они кричали, освистывали и бросали в неё чем попало. Помидор попал ей в голову, сбивая академическую шапочку, и она почувствовала, как её мозги стекают по спине и разбрызгиваются по доскам сцены. Она опустилась на колени и попыталась собрать их, вернуть на место, но кусочки были желеобразными и скользкими, и она не могла их схватить. Зрители громко хохотали. Попай стоял рядом с Ари; оба качали головами и смотрели на неё с состраданием. Ника хотела умереть, но продолжала пытаться засунуть свой мозг, похожий на желе, обратно в голову, всё время думая: Почему бы этому не закончиться побыстрее? ∆∆∆ Она резко проснулась, на мгновение почувствовав облегчение. Сон. Просто сон . В комнате было темно, и она казалась незнакомой. Потом она вспомнила, что гостила у Попая… Нет, она была во Вьетнаме с Попаем… Нет, нет, нет — она была в джунглях, во время бури, и — Ника ахнула. Эта вещь . Она осторожно пощупала затылок и поморщилась. Череп был цел, но под волосами ощущалась болезненная шишка размером с теннисный мяч. Где она была? В комнате царила гробовая тьма, но она слышала грозу, приглушённую и отдаленную, словно она была… Под землёй. О, Боже, нет, пожалуйста, нет. Только не говорите мне, что я нахожусь под землёй в одном из тех туннелей. Где угодно, только не там. Свет очень быстро включился и выключился. Только когда раздался следующий раскат грома, Ника поняла, что это была молния. Она поползла вперед, туда, где молния на мгновение осветила окно в потолке. Пол там был мокрым и грязным. На неё падал дождь. Тем не менее она продолжала держать лицо, поднятое вверх, пока очередная вспышка молнии не осветила то, что, как она теперь поняла, было какой-то вертикальной вентиляционной шахтой. Поверхность, казалось, находилась почти на двадцать футов выше неё, и даже если бы ей каким-то образом удалось затянуться в шахту, она была слишком узкой, чтобы подняться по ней. Положение, в котором оказалась Ника, было настолько непостижимым и пугающим, что она чуть не разрыдалась. Но она взяла себя в руки. Было слишком много вопросов, требующих ответа. Что