У полковника Ярова походка такая, что мурашки по коже.

Я оборачиваюсь как раз в тот момент, когда он появляется в дверях своего кабинета и видит всю нашу компанию.

Виктор Яров останавливается.

Смотрит на женщину.

Потом на папку у меня в руках.

Потом на ребенка.

И только после этого – на меня.

Я слишком хорошо знаю этот взгляд.

Это взгляд человека, который еще не понял, за что именно его сейчас собираются убить обстоятельства, но уже морально готов к худшему.

– Инна, – говорит он негромко. – Что здесь происходит?

– Вот это я бы тоже хотела знать, – отвечаю я и киваю на девочку. – У вас, кажется, внезапное пополнение.

Виктор подходит ближе. Он высокий, собранный, в идеально сидящей форме, с лицом человека, который привык держать под контролем не только кабинет, но и половину мира.

Обычно такие мужчины вызывают во мне профессиональное уважение, иногда – желание спорить, а в редких случаях – легкое раздражение от их уверенности в собственной незыблемости.

С Яровым у меня, как правило, все это существует одновременно.

И моего бывшего мужа, кстати, жутко раздражало, как полковник со мной обращается.

Костя ревновал…

Как по мне, безосновательно.

Яров замечает документы.

– Дай.

Я передаю папку. Он быстро просматривает бумаги, и я вижу, как у него напрягается челюсть.