Парняга хищно оскалился, видать воспринял мое миролюбие как проявление слабости. А зря, я всего лишь не хочу пачкать и без того гниющий город. Вот убьем мы пятерых, затрофеим пару стволов, но стоит ли оно того. Мы ведь от этого не станем лучше или хуже, а вот эти пятеро уже никогда не смогут исправится. Они ж, если одногруппники Полины, значит студенты-медики. А медики, даже и недоучки, сейчас ежели и не на вес золота, то на вес тушенки так точно. Так что стоит хотя бы дать парнишкам шанс.

— Ну и че? Тиханова наша одногруппница, а ты, дед, видать ее как подстилку используешь! Так что отпусти-ка ее по-хорошему, — довольно усмехнулся главарь. — Иначе заберем си…

Дожидаться я не стал, я просто молча выдернул из-под бушлата укорот, чисто машинально скинув переводчик огня в среднее положение. Патрон в патроннике я и так таскаю, на случай если действовать нужно тихо, без лишнего лязгания металла.

— Слушай, малек, — я по-доброму улыбнулся ему. — Я же тебе сказал, звонок был, вот и катись к черту отсюда со своей кодлой. Я тебя за борзоту прямо здесь не кончил, потому что ты хоть что-то в медицине смыслишь…

— Не смыслит, — прошептала сзади Полина. — Это Егорочкин, он с ребятами все пары прогуливал… а в мед поступил, чтоб от армии откосить и к девчонкам приставать…

— Проверим, — тихо согласился я, держа главаря на прицеле. — Слышь, студент, под каким углом ставится подкожный укол и какая средняя дозировка вводимого под кожу вещества?

Прогульщик, выбитый из колеи поворотом событий, изобразил бурную мыслительную деятельность.

— Понятно, в чем отличие наложения повязок чепчик и шапочка? — добил я, тихо посмеиваясь. — У тебя должен быть чисто спинно-мозговой ответ на рефлексах, если ты хоть сколько-то являешься фельдшером, но как я вижу, тебе лишь бы погулять, да баб помять. Твоим дружкам тоже?

— Чепчик завязывается еще снизу, а шапочка выполняется двуглавым бинтом без фиксации под челюстью, — внезапно ответил парень с сайгой.

— Это кто? — тихо спросил я, обращаясь к Полинке.

— Женя Смирных, — так же тихо ответила она. — Он нормальный, но очень… подвержен влиянию…

— Будем исправлять, — согласно кивнув, повернулся к парню. — Послушай, Женя, сейчас от тебя зависит, либо мы похерачим всю вашу кодлу с автоматов и тебя в первую очередь, как наиболее вооруженного, либо сейчас, ты переходишь под мое командование и вместе со мною конвоируешь этих бандитов до лазарета, а потом, даю тебе слово офицера, я пристрою тебя в взвод моего хорошего товарища и ты станешь настоящим военным фельдшером, со всеми почестями, оплатой труда, нормальным питанием и женщинами. Сейчас женщины смотрят на того, кто реально может их защитить, а не на понторезов по типу этого недомедика.