Ещё раз непонимающе моргнув, присмотрелся к наковальне. Ещё раз моргнув, приблизил лицо к этому куску металла. А потом еще раз моргнул, когда увидел два тонких пореза… Выпрямившись, поставил меч как нож на разделочную доску и слегка надавил. Сопротивление если и было, то я его не почувствовал, ибо меч теперь был погружён в наковальню где-то на сантиметров десять.
— Это вообще, как?!
С легкостью вытащив оружие, вновь провёл пальцем по лезвию. Ни боли, не пореза! Вновь приложил к наковальне, меч с легкостью погрузился в метал, сделав новую борозду и вновь вытащив его оттуда, попытался проткнуть длинным как шило острием себе ладонь. Ничего! Даже руку по запястью не смог отрубить!
— Значит точить не нужно? — моргнув и непонимающе почесывая затылок, наблюдал как крайний кусок наковальни сползает после диагонального удара. — Нет, наверное, нужно всё закончить начатое…
Без всякой уверенности в голосе, поместил острие в один из разрезов, намереваясь его отломать. Надавив рукоять, уже в который раз моргнул — клинок просто выгнулся! А потом и в обратную сторону! Повторив все предыдущие действия как распрямиться, поморгать и почесать голову, начал сгибать и разгибать меч голыми руками.
— С одной стороны гибкий, с другой прочный и острый. Это вообще законно? — не зная радоваться или пытаться понять, как такое могло получиться, попытался походить кругами. К сожалению упавшая часть разрубленной наковальни была против, поэтому я споткнулся, а меч выскользнул из рук, упав на пол. Ну как упал? Он идеально, вертикально воткнулся в пол! — О… — зрачки вместе с лезвием двигались вниз, следя как меч погружался в камень. Возможно, не сделай я гарду и рукоять, он бы полностью исчез в каменном покрытии, однако к счастью я всё сделал, поэтому, как только дошло до гарды, меч остановился. — Надо сделать ножны…
Вытянув меч из пола, сам не заметил, как на камне появилось несколько рисунков. К счастью, удалось сбросить с себя это непонятное состояние довольно быстро. Затем пришлось осмотреться, чтобы понять, что за порчу имущества академии по головке не погладят, быстро собраться и убежать к себе, пока мне не захотелось вырезать новый выход или нарезать наковальню на тонкие ломтики. Зачем? Потому что мог!
Собираться как выяснилось долго не пришлось — просто забрал уже пустой ящик со стола, по-тихому вышел из мастерской. Может не принято здесь такое или это потому что послушник следящий за этим местом спал, мне удалось по-тихому выбраться из этого места. Ну их! Я что ли виноват, что у них наковальня и пол такие непрочные?! Клинок даже не заточен, вот! Главное всё сделал тихо! Ага.