— Ой, привет Ребекка! Извини, задумался и не заметил.
Кенджи, а это был он, упёрся левой ладонью в пол, потирал другой лоб, которым ударился о… Не будем об этом.
— А-а ч-то т-ты т-тут д-делаешь?! — блондинка сжалась, непритворно заикалась, смотря на лицо в десятках сантиметрах от её. Ещё и колено парня оказалось между её ног, прижав к полу юбку…
— Комнату поменял… — он моргнув, кажеться осознал в какой позе находился. — Ой, прости! — быстро поднявшись, парень схватив Ребекку за подмышки, понял на ноги и её. — Не ушиблась? Ты хоть на болела? А то после охоты ты была какой-то красной, словно температура… — Кенджи сделав шаг, дотронулся до лба Ребекки тыльной стороной ладони, отчего её щеки покрылись уже очень заметным румянцем. — Да у тебя действительно температура!
— Н-нет! Всё в порядке! — оттолкнув парня, Ребекка сделала пару шагов назад, выставив раскрытые ладони перед собой. — Ничем я не болею!
— Точно? — поправив лямки рюкзака, Кенджи вопросительно наклонил голову на бок. — Если что у меня есть рецепты парочки очень хороших отваров от простуды!
— Спасибо, откажусь! Мне пора, я опаздываю на урок… — поспешно пробормотав фразу, Ребекка поспешила ретироваться, услышав напоследок фразу которая заставила её остановиться и обернуться.
— Я сейчас живу в триста тридцать первой комнате! Если понадобятся отвары, заходи.
— Это ведь рядом со мной… — шепотом проговорила шокированная послушница.
— О, тогда тем более заходи! — Кенджи тем более её услышал.
— Д-да… Х-хорошо… Мне пора! — мотнув головой, девушка уже натурально побежала.
— Удачи на занятиях!
Пожелания она уже не услышала, забежав в другой коридор. Бежала она недолго, около двух минут, пока не залетела в просторное помещение с кучей непонятных вещей, захлопнула за собой дверь. Прижавшись спиной к двери, Ребекка закрыла лицо ладонями.
— У-у-у! Почему-почему-почему?! Я только разобралась с чувствами, но стоило мне его увидеть, как я вновь убегаю как маленькая девочка! У-у-у… Теперь он и живёт напротив! — простонав, послушница со стоном сползла на пол.
Из-за встречи и бормотания, она не только забыла зачем шла «сюда», но и не услышала приближение стука каблуков по каменному полу.
— Ларс.
Произнесенная фамилия, её фамилия, ледяным голосом, заставила послушницу подскочить с пола.
— Учитель!
— Похоже, твои эмоции вновь в полном беспорядке… — проговорила без эмоций черная фигура, у которой из-под капюшона выглядывал лишь край подбородка.
Если присмотреться, в этой фигуре можно было узнать женщину. Вряд-ли кто-нибудь кроме женщины, решиться носить сапоги с длинным и тонким каблуком. Правда ведь?