И вновь пробежавшись взглядом по всем присутствующим, добавил:

— Я никого не забыл?

Ответом послужило гробовое молчание, которое на эмоциональном кураже я воспринял как приглашение продолжить разбор.

— И всё это вы требуете от организации, чьё финансирование за последние 2,5 года было урезано в семь раз. На данный момент на весь СССР приходится всего семь действующих часовых! Чуете к чему я веду?

— Мэлс Денисович, — уже более сдержано, хоть и было видно, с каким трудом это ему даётся, попытался ответить сам генеральный секретарь. — Партия ведь вам уже сообщила что работа по строительству Академии Часовых уже ведётся.

Он покопался в папке у себя на столе, и подглядев в неё как в подсказку, добавил:

— Запланированная дата сдачи всего комплекса намечено на 15 августа этого года.

На этом месте, по расчётам Барагозина, я наверное должен был успокоиться и пойти на сглаживание конфликта. Ведь вроде как партия не отказывает и даже активно участвует в строительстве академии часовых.

Но в реальности всё обстояло несколько иначе.

— Как раз после всесоюзного съезда партии, на котором вы на общее голосование вынесете вопрос о моём отстранении⁈ — улыбнулся я своей самой американской улыбкой. — Позвольте спросить, кого вы хотите поставить на моё место?

Видимо, этот туз из моего рукава оказался козырным, потому как в следующую секунду Барагозин, не зная что ответить, только хлопал глазами. Да и остальные члены ЦК лишь испуганно переглядывались.

Ни у кого из присутствующих не нашлось что ответить, поэтому я продолжил.

— А теперь, если я ничего не упустил, позвольте ответить каждому из вас предметно по лично его интересующему вопросу.

Чувствуя, что придётся говорить ещё долго, не постеснялся и отхлебнул крепкого чая из стакана Заворотнюка. Бедный Виталий Ааронович, так и не присел на мой неудобный стул, оставшись стоять. А теперь ещё и наблюдал, как «его чай с лимоном и шалфеем» перестал быть его.

— По поводу технологий, Сергей Денисович, — вот!

Свернув из пальцев «фигу», я продемонстрировал её главнокомандующему вооружённых сил.

— Часовые не просто так не распространяются обо всех технологиях. Многие из них запретны, аморальны и опасны для самих обладателей. И чтобы не допустить подобного давления, институт Часовых подчиняется только решениям системы «Коллектив 2.0». И это закреплено конституционно!

Затем я перевёл взгляд уже на постоянного представителя СССР при ООН.

— Что же по поводу вашего вопроса, Эрик Комласс, необитаемый Т-мир «Солярис» был открыт САМИМ Прометеем! Передать координаты его мира нашим геополитическим врагам из ООН — значит отдать основную ресурсную базу по добыче нуль-элемента! Тянет на предательство, не считаете?