— Невиновен, — я насупился. Законы империи я особо не изучал. Да и кто их изучает? Видел я эти законы. Несколько толстых книг, в которых без специальной помощи не разобраться.
— Начнём с начала, — вздохнула женщина, — у тебя были причины желать зла князю?
— Так мы далеко не уедем, — покачал я головой, — давайте объясню. Ещё вчера у меня не было таких причин. Мы готовили договор о совместном деле. Собирались стать партнёрами.
— Серьёзно? — Женщина недоверчиво посмотрела на меня. — Мальчик шестнадцати лет и князь? Партнёрами?
— Это будет трудно, — тихо пробурчал я, закатив глаза, — у меня изъяли бумаги, когда доставили в ваше ведомство. Где они?
— В камере хранения.
— Пусть принесут, — попросил я.
Татьяна задумалась, разглядывая меня. Выполнять мою просьбу она не спешила. Постукивала наманикюренными пальцами по столешнице.
— И что будет, когда их принесут? Что в этих бумагах?
— Два комплекта договоров. Один — тот, который был согласован с князем заранее. Именно для его подписания мы и собрались. И второй — тот, что подсунул на встрече князь. Я бы на вашем месте изучил его внимательно. Ваш князь сделал мне уникальное предложение. Моя жизнь в обмен на клятву на крови. Как император подобное допускает?
— Ты думай, что говоришь! — рявкнула следователь.
— Изучите бумаги и постарайтесь сделать так, чтобы они не пропали. Когда я выйду отсюда, мой адвокат обратится к императору с просьбой провести отдельное расследование по этому поводу, а с рода Удовича я потребую компенсацию.
— Значит, ты не собираешься признаваться?
— Я не убивал князя. Ваш аппарат видит, что я говорю правду. Если этого не видите вы, то мне очень жаль. Но больше отвечать на ваши вопросы я не буду.
Следующие двадцать минут я молчал и не ответил больше ни на один заданный вопрос. Тем более, они были весьма однообразны. Типа, когда я решил убить князя, или как я совершил убийство, кто мне помогал и прочее.
Наконец следователь выдохлась и вызвала охрану, чтобы меня проводили в камеру.
— Насколько я помню, вы должны распечатать текст допроса и дать мне его на подпись, — сказал я, когда в комнату зашёл мужчина из охраны.
— Больно ты умный, малыш! — недовольно поморщилась женщина. — Все данные напрямую идут на сервер службы безопасности. Так что подпись не требуется. Но у меня возникает вопрос: откуда ты такой умный взялся? — Она сощурила глаза, сверля меня взглядом.
— Таким уж уродился, тётенька, — ответил я, поднимаясь. Раздражает, когда меня называют малышом. Вроде нормально общались, и тут такое.
— Что ты сказал?
— Мне пора, — я повернулся к женщине спиной и вышел из комнаты.