— Мои извинения, — сквозь зубы выговорил княжич.
Я же с любопытством посмотрел на Полину. Возможно, я о ней чего-то не знаю? Не побоялась осадить княжича, да, к тому же, он перед ней извинился за свою вспышку. А ведь она простолюдинка. Да и об остальных одноклассниках я знаю очень мало. Не интересны они мне. Но, на самом деле, я не прав. Стоит быть более внимательным к людям, которые меня окружают. Просто не привык я. Как говорят в этом мире, моя социализация оставляет желать лучшего.
— Ты чего завис, — Полина ткнула меня в бок локтем, — расскажи лучше о дуэли. Виктор Медведев известный дуэлянт. Не понимаю, как ты сумел его победить.
— Он меня недооценил, — ответил я, выходя из задумчивости.
— Соглашусь, — кивнул княжич, — ты на первый взгляд не производишь впечатление сильного бойца или умелого мага. Я и сам попался на эту удочку.
— Виктор, а чего ты такой вздорный и напыщенный, раз твой род не в лучшем состоянии? — Он всегда вёл себя так, будто за его спиной большие деньги и крупный род.
— Честь превыше всего, — заявил этот мальчишка, задрав подбородок, — простолюдины должны знать своё место. Да, род Копытовых переживает не лучшие времена, но мы не сломлены. Наш род очень древний. Вскоре он восстанет и снова будет сверкать на Олимпе.
— Пафосно, — я с уважением посмотрел на парня.
— Это вряд ли, — встряла Полина, — у твоего отца две жены и восемь детей, пятеро из которых бабы. При этом, по слухам, твой отец отказал уже чуть ли не десяти женихам. Всё ждёт настоящего принца!
— Следи за своим языком! — Княжич сжал кулаки, а глаза его опасно блеснули.
— Полина, — я покачал головой, — не переходи границ.
— Он первый начал!
— Блин… ведёте себя, как дети! — пристыдил я их. Хотя… дети ведь и есть.
Несмотря на сложный характер Виктора и острый язык Полины, мы неплохо пообщались. К концу обеда парень даже с Полиной сумел найти общий язык, и они дружно над чем-то смеялись.
Утром к школе приехал автобус. Большой и красивый. Я на таких ещё не ездил. Внутри было два ряда сидений по три в каждом. Со мной сели Полина и княжич Виктор.
Сегодня он был словоохотлив. Парень учился со мной на одном курсе, в 1 «А» классе, и собирался заниматься рунологией. Знания Виктора оказались достаточно глубокими, и на профессиональные темы мне было интересно с ним разговаривать. У него в роду были рунологи, и сохранились знания и умения. Правда, последние три поколения этой наукой никто в роду не занимался, но каждый отец начинал передавать знания сыну, когда тому исполнялось десять лет. К шестнадцати годам просыпался источник, и княжич мог использовать полученные знания на практике. Но не у всех хватало понимания, нужного склада ума и желания.