Я знал, что прошел один час и десять минут, но для меня произнесение заклинания, по субъективному времени, пролетело очень быстро. Магия Первой Речи. Одна из самых древних. Одна из самых суровых и жестоких. Она не прощает, не знает снисхождения, потому что могущество её — огромно. Даже иная тональность тишины в единственной «букве » Первого Слова может иметь непредсказуемые последствия. Старик бы меня отмудохал посохом, узнав, что я решил использовать её в пяти мелких ритуалах за натуральные гроши, да ещё и в роли костыля, когда первоначальная схема ритуала показала чудовищную потерю энергии, грозящую истощением всей магической конструкции намного раньше окончания « гарантийного срока» . Но он-то там, в комфортной башне! А я покупаю бургеры по скидке! Кстати, хорошо, что тут кормили за счёт нанимателя.

Так, не отвлекаться. Самое страшное позади на фоне Первой Речи предстоящий кровожадный, в оригинале, друидический ритуал воспринимался даже с каким-то весёлым снисхождением, но и он не являлся безопасным.

Заведя речитатив уже на другом языке, намного, намного более молодом, по сравнению с предыдущим. Настолько простом, что в нём были слова, которые могло различить человеческое ухо, обхожу фигуру на земле по левую сторону рисунка, останавливаясь у «головы ». Тут мне почти « высушенный» кварцевый накопитель не нужен — моего резерва вполне достаточно, а бесконечной жажды Меридиана на крохотном клочке этой земли уже не существует. Напротив своей позиции, краем восприятия, подмечаю группку наблюдателей, а за ними ещё одну — побольше. Кажется, приказ Элис был проигнорирован селянами. Ну… помянем целостность крестьянских задниц. Так, опять отвлекаюсь. Нужно собраться для последнего рывка.

Повышаю голос, вплетая в речитатив торжественность, вплетая радость и ожидание, вплетая зов и приглашение, нетерпение и уважение. Щедро выплёскиваю четверть оставшейся у меня энергии в артефакт, лежащий в ямке, чтобы первое время у «воды фонтана жизни » был привкус моей магии, активирую артефакт, и запускаю начало первого цикла слива магии из накопителя. Произносимое заклинание-приглашение уже почти стало криком, но не переходит в пошлые визги, созывая, привлекая внимание алчущих… и я ощущаю множество заинтересованных «взглядов ». Но это духи. Без подношения, сдобренного уважением, они и шага не сделают «по чужой указке» . Даже если им это выгодно. Поэтому, под непрекращающийся речитатив маленькие ножны покидает мой атам. Одним непрерывным движением вырезаю на груди трикселион, тщательно контролируя, как качество рисунка, так и собственный голос. Всё должно быть « правильно» , потому что какое может быть « уважение» от криворукого или от того, кто не может выдержать немножечко боли? Оно же не несёт ценности!