«Кое-что интересное», как сказал отец Марии, выглядело как небольшой Колизей. Помимо теплицы, это было одно из немногих мест, куда меня пустили, и то, что я увидел, вызывало вопросы. Внутри здание выглядело как большая арена с разными типами покрытия, которая была поделена на секторы и окружена стенами.

Те секторы, которые я успел осмотреть, были пустыми, но на стенах я увидел множество глубоких царапин, трещин и даже как будто следов от огненных заклинаний. Это навело меня совсем уж на мрачные мысли.

— Это что, арена? — настороженно спросил я, боясь даже предположить, что здесь происходит.

— Угадал, — ответил граф и посмотрел на меня. — Только, разумеется, не для боев. Здесь мы тренируем и выгуливаем существ, которые в этом нуждаются. Я бы назвал это место не ареной, а спортзалом и площадкой для выгула. Так что не переживай, никаких смертельных боев между тварями мы не устраиваем.

— Почему вы решили, что я об этом подумал? — спросил я.

— Потому, что все, кто видит это место, почему-то первым делом думают именно так, — ответил Федор Владимирович. — Что же, теперь точно идем обедать. Я и так показал тебе больше, чем видят многие другие наши гости.

Ага, понятно… Значит насчет расширенной экскурсии для меня я не ошибся. В отличие от Нарышкина, я не был большим любителем особого к себе отношения, но мне это все равно было почему-то приятно. Наверное оттого, что Шелеховы мне нравились, и я понимал, что подобной чести удостаиваются далеко не все обладатели собственных вертолетов. Во всяком случае, мне очень хотелось думать именно так.

Обратно мы шли молча и у меня было время не только самому все осматривать, но и осмысливать увиденное по мере моих возможностей. Это было не просто поместье, а какой-то маленький собственный мир, который был создан когда-то и поддерживается родом Шелеховых.

Интересно, сколько лет все тут строилось и как много труда сюда вложено? Все эти барьеры, блоки, кормокухни… С ума сойти можно. Конечно, может быть, для них это норма, но для меня все казалось чем-то таким, что внушало очень глубокое уважение.

— Все относительно, мой мальчик, — сказал Дориан. — Просто все эти вещи не входят в круг твоих личных понятий, поэтому тебе и кажется, что все-так сложно. Уверен, что, когда Шелехова увидит, как ты без особого труда поднимаешь из могил пару десятков скелетов, она тоже проникнется к тебе глубоким уважением.

Может быть, оно и так, но меня все равно сильно впечатлило то, что я увидел.

— Федор Владимирович, если честно, я потрясен, — признался я. — Знаете, если говорить начистоту, то, когда я к вам ехал, думал, что попаду в домашний зоопарк, а теперь вижу, как сильно ошибался. По правде говоря, даже не думал, что разведение магических зверей — настолько сложное дело.