Шел в общагу по морозцу, похрустывая свеженамерзшим льдом. Осень неохотно переходила в зиму, но с большим энтузиазмом, чем в прошлом году. На деревьях снег уже лежал, а на земле в середине дня подтаивал. Но сейчас был вечер, и на дорожках крепко поселилась зима.

Приближался Новый год. Надо было думать о подарках. Хотя бы для подруги, потому что между мной и семьей опять лежали полконтинента. И что им дарить на этом расстоянии было неясно. Отец с матерью уехали на побережье еще осенью, а за ними через месяц и бабушка. На этот Новый год у нас не будет симпатичного домика, но зато и из общаги нас никто не собирался выселять. Друзьям, к счастью, никаких подарков было не надо, Баклан уже спрашивал и все с ужасом отказались. Решили, что лучше я куплю вне очереди чай, Баклан — рис, Дима — пряников, а Макс что-нибудь привезет с зимних каникул. Он один у нас уезжал.

Встречать Новый год мы собирались прямо в общаге, и Шанкс терроризировал всех, собирая предложения. Но пока что ничего интересного никто не предложил. К сожалению, зимой для праздников крышу не открывали, и устроить настоящий праздник на верхотуре нам не светило. Мы попытались подкатиться с этой идеей Аглае, повелительнице общежитий, но она и слушать не стала:

— Вы там устроите, а мне вас от земли отскребай и родителям отсылай. Идите в пень, господа, со своими идеями.

Мы попробовали принести ей клятву трезвого студента, но она заявила, клятву трезвого студента дают только записные пьяницы, и мы отстали. Никто из нас не считал себя алкоголиком, но трезвенниками, по чесноку, нас считать было нельзя. Я свои пределы знал, но мало ли у кого как.

В этом году у нас в корпусе появилось шестеро первокурсников, и их хотелось бить по голове примерно два раза в день. Эти могли отчебучить что угодно. В первую же неделю они сожгли чужую рисоварку, возместили ее, а потом чуть не сожгли новую. А все потому, что рисоварки теперь попадались сильно умные.

Первую попытку добыть из рисоварки борщ я пропустил, зато со второй столкнулся в полный рост, когда зашел на кухню чайку попить и застал этих деятелей, которые пытались вынести мозги уже новому устройству. Пока я ставил чайник, успел сообразить, что конструкция сейчас взлетит и пресек это дело. Но потом, глядя на их печальные голодные рожи, я решил ознакомиться с деталями. Может, я что-то упускаю? Глянул, что они накрутили, и выяснил, что они пытались загнать в рисоварку инструкции для поварского котла. А он, помимо прочего, предусматривал загрузку гигантских порций исходников. О чем они, разумеется, не подумали.