— А! Он, наверное, был включен по умолчанию. Вот здесь!

И Олич показала мне незаметную кнопку на боку.

— Она даже не внутри основного управления, — возмутился я. — Кто мог догадаться? Только ты, Олич! Спасибо!

— Я просто знаю, — улыбнулась она. — Это неочевидно, многие ругаются. У меня мама модельер, у нас дома была похожая штука. Не такая крутая, как твоя, но управление очень похожее. Мама на ней свои модели крутила. К разговору, платье на мне — такой же экспериментальный вариант. Видишь, как пояс сделан? Ничего не напоминает?

— Да, точно! — ахнула Хмарь. — Чисто хвост! Прямо изнутри растет.

— И мама этот режим вообще не выключает. А тебе он не нужен. Наверное, где-то написано про эту кнопку, но я не нашла где. Мне кажется, это прикол производителя. Который побуждает тебя исследовать весь потенциал устройства. Иначе ты бы до него никогда не добрался.

— Вот спасибо, — возмутился я. — Да зачем он мне?

— Именно! — засмеялись девчонки.

— Но теперь ты знаешь!

— Бесконечно благодарен, — я прижал руку к груди. — Вы сэкономили мне тонну времени.

Я быстренько вырастил все три комбинезона до нужной кондиции — с капюшоном и перчатками, спрятал их в шкаф, и мы двинули в общагу. Одно дело сделано, уже хорошо.

Марго немного не уложилась в обозначенные Гелием сроки. И профессор смог воцариться в своем кабинете не в ближайший четверг, как он предвкушал, а только во вторник следующей недели. Но поскольку это было гораздо лучше изначальных планов, жаловаться он не собирался.

Как только главный врач лично зашел пожать ему руку за мужество и проводить капризного пациента к выходу, Гелий не ждал ни минуты. И, моментально подхватив свои нехитрые пожитки, двинулся к выходу. Санаторий даже предоставил ему собственный мобиль, чтобы профессор мог с комфортом добраться до дома. Этот жест был совершенно лишним, до станции было рукой подать, но Гелий не стал отказываться. Пусть их.

Ему пообещали выгрузить все материалы на личный адрес и попросили приехать через месяц на калибровку устройств. Гелий поклялся, что приедет, но про себя подумал, что не все обещания стоит исполнять, особенно те, в которых он не видит никакого смысла. Докторам определенно не хватало фантазии ни на то, чтобы решить ее проблему, ни на то, чтобы понять, как она решилась.

Сам он успел подумать, не может ли причина внезапной синергии между устройствами лежать в разнице этических контуров. Однако тут же возникал неприятный вопрос, почему они друг с другом соглашаются быстрее, чем с ним. Не он ли в этой композиции — устаревшая модель? Но эта мысль ему не понравилась, он еще покажет им, кто в доме хозяин.