– Ну что, бродяга? Автобуса я, похоже, не дождусь…
Пёсик не понял ни одного звука, только чувствовал, как внутри согревается что-то. Особенно его сердечко отозвалось на «бродяга». Он уловил носом запах лакомства и уткнулся в него, виляя хвостом. Не дождавшись появления сушки, он лапкой показал на то место, где лежит вкусное угощение. Из кармана послышался уже знакомый хруст, а за ним показался кулак – щенок отстранился, тявкнул, насторожил ушки.
– Не бойся, бродяга. Держи добавку.
Услышав снова то слово, что отзывается в сердце, щенок успокоился. Он внимательно следил за кулаком. Человек расправил пальцы и показал кусочки лакомства:
– Держи, не бойся.
Но пёсик боялся, тявкал, смотрел то в глаза человека, то на руку с желаемым угощением. Он делал шаг вперёд, тявкал и отходил. Неловкие движения малыша тронули мужчину. Тот понял, что комок боится, и положил разломанную сушку на асфальт. Отошёл в сторону. На всякий случай. Щенок, всё ещё озираясь, придвинулся и быстро умял своё лакомство.
– Эх, бродяга, бродяга…
Мужчина заметил, что на это слово щенок реагирует иначе, чем на другие. Наклонился, погладил по голове и задумчиво всмотрелся в чёрные кнопки. Его взгляд стал немного грустным, непроизвольно из горла пса вырвалось тонкое скуление.
– Значит, бродяга, да?
Ушки на это поднялись, хвостик завилял:
– Тяв, тяв.
– Значит, тяв…
Мужчина встал. Отвернулся. Снова посмотрел на пса.
– Ну… Уговорил. Пойдём домой, Бродяга.
Человек начал отдаляться, но не сводил глаз с щенка. Зачем-то похлопал по своей ноге, а потом по тому месту, где лежало угощение. На второе движение Бродяга отреагировал и пошёл следом. Выпрямив спинку, виляя хвостом, он смотрел вперёд и на руку мужчины, периодически тявкал. Но больше не боялся.