— Товарищ батальонный комиссар, капитан Борисенко, хочу вам официально заявить, что я видел среди ваших бойцов своего бывшего подчиненного, который три дня назад мало того, что отказался мне подчинятся, так ещё и угрожал мне оружием, а потом дезертировал.

— Я знаю товарищ капитан, боец Арнаутов сообщил мне это ещё при нашем знакомстве, когда я хотел взять его под своё командование. Он конечно с характером, но то, что он не дезертир, это точно.

— А как он согласился пойти под ваше командование?

— Просто в нашем разговоре сумел убедить меня в своей правоте и принять его план на действия в тылу врага, и знаете, пока я не разочаровался в нём. До сих пор он делает всё, про что мне говорил и обещал, тут и продукты с полевой кухней достал, и личный состав пока для роты тоже, теперь осталось оружие добыть, но думаю он и с этим вполне справится. А вам пока нужно обойти всех освобождённых и привести ко мне всех командиров.

— Сержантов и старшин тоже?

— Нет, их не надо.

Борисенко понадобилось менее десяти минут, что бы привести к батальонному комиссару всех командиров. Вместе с ним их оказалось восемь человек, причём он оказался среди них самым старшим по званию. Всего оказалось трое старших лейтенантов, и четверо обычных, они по одному стали представать перед Ильичёвым. Старший лейтенант Иевлев был командиром противотанковой батареи, старший лейтенант Корзун связист, а Баричев сапёр. Далее было четыре лейтенанта, Продан был командиром взвода малокалиберных зениток, а оставшиеся трое, Акимов, Вартанян и Гураев, братья-акробаты, командирами стрелковых взводов.

— Значит так товарищ капитан, я назначаю тебя командиром стрелковой роты, вот тебе как раз и командиры взводов, сейчас пойдёте и заберёте себе всех стрелков. Что касается вас, — Ильичёв обратился к оставшимся командирам. — Хотя сейчас вооружения для вас нет, но это временно, так что вы тоже подберите среди освобождённых бойцов по своим воинским специальностям. Я хочу к тому моменту, как у нас появится тяжёлое вооружение, чтобы соответствующие подразделения уже были сформированы.

Командиры козырнув, отправились набирать себе из бывших пленных бойцов, а Ильичев довольный, сел на ваявшийся тут ствол поваленного дерева. Всего несколько дней назад под его командованием было меньше десятка бойцов, всё, что осталось от его батальона, а сейчас считай у него уже рота в подчинении, правда пока почти без оружия, но это, как его уверял Арнаутов, дело наживное. Нет, не зря он поверил этому хоть и наглому, но уверенному в своих словах и действиях бойцу, вот завтра — послезавтра всё и решится. Тут его потревожили, когда они только вставали тут на стоянку, Ильичёв приказал выставить караулы, и вот на один такой караул вышли полтора десятка красноармейцев под командованием старшины, а те навелись на отряд по запаху еды, которую готовили в полевой кухне.