— Возвращаясь к нашим винторогам, — негромко проговорил я. — Как это относится к тому, что произошло с вами?

Кейлон усмехнулся.

— Эх, молодежь… Все бы вам побыстрее, да поскорее, да на блюдечке разжеванным… Не спеши, а то успеешь, — Хранитель Памяти сделал еще глоток и заговорил снова.

— Техносы остались на базе и принялись строить Технополис. А, учитывая, что все технологии, включая производство базовых имплантов, остались в их руках — несложно понять, кто занял верховное место в Совете. Остальные Дома были, вроде как, и независимы, и, в то же время, без Техносов их ждало новое средневековье. К которому, к слову, Техносы исподволь остальные Дома и подталкивали. Все эти лорды, бароны, владетели и прочее… Ритуалы, церемонии… Тогда же произошло сословное деление. Владеющие — каста потомственных аристократов, Рыцари Домов — приближенные к ним, и все остальные — те, кому Дара не досталось. Их называют войдами — «пустышками». Войды деградировали сильнее других, и именно войды выполняют всю грязную работу. Впрочем, с остальными Домами Техносы тоже активно работают в этом направлении. Все это замалчивание истории, навязывание средневековых традиций, терминов… Много где уже сейчас живут, как в средние века…

— А вы с этой политикой были не согласны… — протянул я, начиная что-то понимать.

— Совершенно верно. Я не был согласен с тем, что войды, за исключением тех, кого взяли «на баланс», должны были жить в отдельных поселениях, по сути — в резервациях. Я не был согласен с системой Рейтинга Доверия, которая делала из не-граждан узаконенных рабов. Я не был согласен с программой умышленной деградации и тотальной зависимости других Домов… Я совсем иначе представлял себе будущее Авроры…

— Насколько я понимаю, вы были среди первых колонистов, да? Вы — из тех, кого зовут Изначальными? Так же, как и леди Кэролин? — спросил я, глядя на Хранителя Памяти.

— Совершенно верно, — Кейлон кивнул и сделал новый глоток.

— Так почему же тогда вы терпели все эти годы? — задал я вопрос, который, возможно, задавать не стоило, но который так и напрашивался.

— Это сложно, мальчик мой, — Кейлон грустно покачал головой. — Очень сложно. Я надеялся, что Корнелиус одумается. Надеялся, что это — лишь временные меры, которые необходимы, чтобы оправиться после Темной войны. Однако годы шли за годами, десятилетия за десятилетями, а лучше не становилось. Только хуже. Намного.

— И, что же стало последней каплей? Наверху поговаривают, что вы готовили восстание… — я внимательно посмотрел на Хранителя Памяти.

— Все эти годы Корнелиус обещал мне, что наступит день — и он даст добро на воплощение моего проекта. Но каждый раз дата его старта отодвигалась все дальше. Пока Корнелиус не умер. Банально, от старости. Даже Источник не делает нас бессмертными. К власти в Технополисе пришел его потомок, Виктор. И он четко дал мне понять, что мой проект… Скажем так, не соответствует интересам Дома Технос и что лучше о нем забыть. Тогда я понял, что ждать больше нельзя. Что надо действовать.