— Это ж просто аватар, что о нём волноваться, — Первый не сводил с меня глаз. — Аватар, который придумал себе имя. Смешно. Кстати, как считаешь, какое имя подойдёт мне? Должно звучать красиво и гордо. Фейсал? Ричард? Или, может, Всеволод?

Жители за окном даже не подозревали, что уже стали частью якоря для Первого. Только вот прикрепление будет действовать как щуп от менталиста — разрушать сознание жертвы. И это разрушение будет очень быстрым, за час или два душа будет уничтожена. Поэтому нечего Первому делать на наших мирах!

Вместе с дерзкой мыслью появилась не менее бесстрашная идея. Кажется, это была мысль от Калеохорры. Надо скорее выгнать наглого гостя! Пока он не успел толком закрепиться на нашей родной планете.

Время как будто замедлилось. Я обратился к энергии четырёх планет, собрал клубок силы в кулак, в ладони второй руки вывел руну режущего обруча Апотиных и одновременно с активацией обруча выбросил в Первого поток из сплетённых планетных сил.

Острое кольцо Апотиных, накачанное энергией четырёх планет, пробежалось по телу Первого и разорвало большинство связывающих нитей, только вместо аккуратного разреза связи вырывались с корнем из жертв. Следом влетевший в Первого пучок силы заставил того пошатнуться, но он удержался за счёт оставшихся привязок. Сильно замедлившийся Первый тут же больно ударил лучом в ответ, но защита отразила удар в стену и та растворилась, словно сахар в кипятке.

Снова активировал руну в ладони. Обруч стремительно пробежался по медлительному пижону и разорвал оставшиеся связи. Ещё удар сплетёнными силами! Но он прошёл сквозь тело незваного гостя, ведь тот успел рассыпаться на мириады светлячков, которые тут же разлетелись в разные стороны, и если бы не замедление, то его исчезновение я бы даже не заметил.

Только Калеохорра очень хорошо знала, что из себя представлял Первый. Следящий купол с заложенным в него кодом поиска мгновенно разросся до размеров всего нашего города и начал стремительно сжиматься. Частицы Первого оставались в сфере, словно бабочки в сачке, и когда шар слежения уменьшился до размера бусины и повис передо мной, все искры Первого были заперты внутри.

Во мне клокотала злоба и ярость. Пленник должен был понести наказание за содеянное. Как он посмел нападать на Калеохорру⁈ Что он сделал с Ольгой⁈ С профессором и жителями нашего города⁈ Ему не место на моих мирах!

Очередной удар отправил Первого за пределы планеты.

Злоба Калеохорры тут же отпустила меня, сразу нахлынула раздражающее изнеможение, вернулась боль в теле, а замедление времени прошло. Как же я устал от этих всех разборок.