— Дай мне подумать, ладно? — судя по всему, Артур ожидал моего согласия, но без дополнительных вопросов кивнул. Мы попрощались, Артур ушёл, а я продолжил работать над защитой.

Если не переживу встречу с Первым, то и в фирме Артура участвовать не получится. С чего Артур решил, что я смогу помочь? Только мешаться буду.

Весь следующий день каждый в университете своим долгом считал указать на нас пальцем и что-то громко воскликнуть. Студентки краснели при виде Артура и зеленели при виде Ольги, Пошкина взяла отгул у мастера Притвика и в переменах неотрывно обозначала любовь к своему Артурчику. А однотипные расспросы о соревнованиях начали откровенно утомлять.

Спасение пришло в виде Лёхи, вечером он выловил нас обоих и потребовал явиться на утренний эфир.

— Я со всеми договорился, — деловой Алексей совершенно был не похож на самого себя в начале курса, — расскажете о конкурсе в прямом эфире, на пару вопросов ответите и все успокоятся. Соглашайтесь, вас же скоро порвут на части!

Артур отнёсся к предложению с прохладой, но прийти согласился, а мне идея сразу понравилась, заодно смогу передать привет Флоре Олеговне и Леле.

В шесть утра мы уселись в маленькие кресла студии, начали разговор и не замолкали до самого обеда. Лёха устроил через кварцитит интерактивный сбор вопросов и с шутками, улыбкой и бодрым голосом буквально вывернул нас наизнанку. Вопросы сыпались как из рога изобилия, нас слушали аж в Диктате Текиасы! Кажется, кто-то даже спрашивал, на каком боку мы обычно спим.

— Ребят, это был невероятный эфир, — Лёха старался перекричать громкие вопли Мешкояна, тот ругался на редактора за «абсолютный и невероятно бесцеремонный срыв всего образовательного процесса, вы хоть понимаете всю ответственность…»

— На Павла Сергеевича не обращайте внимания, — заметил сокурсник моё любопытство и махнул рукой. — Он любит заходить к нам, пообщаться о разном, а тут такой повод. Скоро отойдёт.

Вопросы-ответы в прямом эфире действительно помогли, градус любопытства заметно снизился и мы смогли продолжить занятия, до конца недели дни наконец-то пошли как обычно. Но когда в пятницу я шёл по первому этажу в предвкушении обеда, меня окликнула гномка.

— Тиаретайра? — богато одетая женщина увидела, что я отреагировал на имя, и быстрым шагом подошла поближе. — Лиадон? Вот это да, какой же ты стал большой! А ведь помню тебя совсем крохой, ещё даже ходить толком не умел. По ушам эльфийским тебя запомнила. Думала, что не сможем встретиться, мне ваши секретари говорили, что ты очень сильно занят.

Женщина с укором посмотрела на дверь общего отдела.