— Кто-то идёт, — сказал я вслух, услышав лязг замков и засовов дверей, которые перекрывали свободный путь в эту часть тюрьмы.
— Слышу, — ответила мне девушка. — Интересно, это за нами?
Из четырёх камер три были заняты, поэтому нельзя было точно сказать, к кому шагают стражники. Может, цель у них и вовсе совсем иная. Например, ведут очередного постояльца для последней пустующей камеры. Или пришло время для раздачи пищи, о чём я и сообщил своей помощнице.
— Скоро узнаем.
Оказалось, что я ошибся.
Стражник остановился возле нашей камеры и зазвенел ключами, отпирая замок. Потом распахнул дверь и громко сказал:
— Отдохнули?
— Шутить любишь? — ядовито ответила ему Кира. — Дошутишься.
Гонор у воина тут же пропал. Отступив в сторону, он буркнул:
— Выходите. С вами господин полусотник желает говорить.
В сопровождении стражника мы добрались до небольшого кабинета самого спартанского вида, где нас ожидала весьма интересная компания. Хозяином, тем самым полусотником, скорее всего, был незнакомый смуглолицый мужчина с небольшой бородой и усами. А вот остальных посетителей я знал. Ими оказались Марта со своим дедом.
— За вас поручились эти уважаемые люди, — сообщил полусотник, стоило нам переступить порог, а сопровождающему нас стражнику закрыть дверь за нашими спинами. — Но просто так отпускать вас я не хочу. За причинённое беспокойство и за лечение пострадавших жителей с вас обоих по пять тысяч марок. Итого десять.
— С нас? — в голосе Киры было столько холода, что если бы его напитать магической энергией, то помещение мгновенно покрылось бы льдом. — Это городу нужно платить за то, что какие-то ублюдки посмели лишить нас отдыха. И страже за то, что преступники свободно ходят по улицам и нападают на приезжих просто потому, что те им не понравились. И с тех мразей, которым мы по доброте своей решили сохранить жизнь. С каждого по пять. Итого тридцать тысяч марок. И мы не станем поднимать шум. Даже забудем про содержание в вонючей камере, куда нас бросили, как каких-то отбросов.
— Что⁈ — полусотник привстал со стула.
В ответ Кира взглянула так, что он плюхнулся обратно, закрыл рот и потушил ярость в своих глазах.
Я в этот момент даже залюбовался своей спутницей. Сейчас рядом со мной стояла прекрасная снежная королева, излучающая уверенность и аристократизм каждой клеточкой тела, движением ресниц и вдохом. Теперь уж точно сколько ни говори, что мы не клановые — никто не поверит.
— Проваливайте, — процедил стражник. — Господин Теннерой, уведите своих друзей, пока они не наговорила на оскорбление городской стражи.