Охотник, слушая свою коллегу, пару раз кивнул, соглашаясь с её словами.
— А если купить? В моём посёлке жетоны легко продавали. Можно было получить что угодно. Вернее, почти что угодно и самые редкие таланты нужно было ждать, пока их привезут с дирижаблем.
— Здесь также, Иван. Вот только ценные таланты стоят очень дорого и за их поиск возьмётся не каждый добытчик. Покупают их тоже редко, ведь все понимают огромный риск потерять тысячи марок просто так, если нет предрасположенности. Вообще, я слышал, что больше половины целителей самостоятельно заработали свой талант ещё в юности. А вот число тех, кто получил его с помощью жетона значительно меньше.
— Ясно.
— Уже передумал становиться целителем? — вновь усмехнулся Гран. После лечения к нему вернулось хорошее самочувствие с настроением.
— Нет. Однажды я им обязательно стану.
Во время этой беседы мы шли по тесным улицам посёлка. Позже я узнал, что старателей с охотниками тут обитало несколько сотен. При этом ютились они на сравнительно небольшом кусочке земли. Более просторный участок было невозможно обнести крепкой и высокой стеной. Тем более что та покоилась на древнем фундаменте. То есть площадь поселения изначально имела чёткие границы. Из-за этого дома были узкими и тянулись вверх и вниз. Высота, кстати, тоже ограничивалась, поэтому многие постройки имели по паре-тройке низких подземных этажей. Некоторые дома соединялись друг с другом подземными переходами.
В посёлке было очень много того, от чего я успел отвыкнуть в этом мире. Например, реклама и зазыватели. Корявые рисунки и разнаряженные в яркие и пёстрые одеяния парни, девушки и дети — всё это было способом лавочников привлечь внимание старателей к своим товарам и услугам. На первом месте стояли развлечения для тела и души. От выпивки и веществ для расширения сознания до проституток и боёв без правил на деньги.
— Смотри туда, Иван, — Гран неожиданно тронул меня за плечо и показал раненой рукой на квадратное здание примерно восемь на восемь метров с двумя нормальными этажами и одним мансардным (а больше трёх, включая чердачные помещения, я в этом месте не увидел). На здании на первом этаже с двух сторон располагалось по три двери. На каждой была нарисована в полный рост обнажённая девушка. Никакой пуританской цензуры картины не несли. Любой мог рассмотреть во всех подробностях соски и промежность нарисованных красоток. Две из них были обычными. Одна блондинка с золотыми волосами до пояса, с крупной грудью и молочно-белой кожей. Вторая имела огненно-оранжевую шевелюру чуть ниже плеч и фиолетовые соски с золотисто-бронзовым загаром. А вот прочие — это что-то с чем-то!